— Может быть, миледи сядет впереди, откуда все хорошо видно, — предложил он Элизабет на безупречном английском и помог ей забраться в экипаж.

— Спасибо, Али, — сказала она и одарила его улыбкой.

Когда все устроились, Элизабет удивилась и встревожилась, обнаружив, что сидит между миссис Уинтерз и лордом Джонатаном. В течение всей поездки она необычайно остро ощущала соседство его полного жизненной энергии тела и вынуждена была мысленно признать, что это ей приятно.

— Очень мило, что вы присоединились к нашей маленькой экспедиции, милорд, — заметил полковник, сидевший напротив него. — В таких вылазках еще один мужчина всегда полезен. Никогда нельзя предсказать, с чем столкнешься.

— Очень рад, полковник. Я уже много лет не видел розария в английском стиле. Думаю, что получу немало удовольствия, — отозвался его молодой собеседник.

— А пирамиды, милорд? Вы и от них получите удовольствие? — поинтересовалась Элизабет.

Лорд Джонатан повернулся к ней, и его загорелое лицо внезапно осветила обезоруживающая улыбка — она-то как раз и вызывала в ней опасения.

— Конечно, получу. Но я хотел бы предупредить вас, леди Элизабет: никакие рассказы и иллюстрации не могут подготовить человека к первой встрече с пирамидами Гизы — последним, что осталось от семи чудес древнего мира. Все остальные исчезли. Давно исчезли.

От его слов у нее по спине пробежал странный холодок. Неожиданно глаза защипало от навернувшихся слез. Она больно прикусила нижнюю губу, чтобы не расплакаться.

— Подумать только: когда восхищенный Юлий Цезарь стоял перед пирамидами, им уже было много тысяч лет!

— Так вы изучаете историю, леди Элизабет? — спросила сидящая рядом с ней женщина.

— Немного, миссис Уинтерз, — призналась она с осторожной улыбкой. — Как вы знаете, я гораздо лучше разбираюсь в садах и садоводстве.

Элизабет имела в виду прогулку, которую они вдвоем совершили по парку и садам, окружавшим Стенхоуп-Холл.

— Именно поэтому мы с мужем уверены, что вы получите большое удовольствие от посещения садов, в которые мы направляемся.

— Возможно, вы слышали о леди Шарлотте Бейкер-Финч, — сказал полковник Уинтерз.

Он сидел абсолютно прямо, сложив руки поверх трости с серебряным набалдашником. «Военный человек навсегда остается военным» — таков был его девиз.

— Несколько лет назад, — продолжал полковник, — доктора посоветовали этой леди бежать от английских зим и устроиться здесь, в Египте.

— Насколько я знаю, она когда-то была довольно известной писательницей и хозяйкой светского салона, — напомнила его супруга.

Полковник кивнул:

— Теперь у нее дом в оазисе неподалеку от пирамид. Всему европейскому обществу известны ее гостеприимство и ее розарий.

— Она очень любезно предложила нам заехать к ней, — объявила миссис Уинтерз таким тоном, словно сообщала о приглашении самой королевы.

Элизабет была очень рада этому, о чем и сказала.

Полковник добавил:

— Если верить слухам, леди Шарлотта свободно говорит по-арабски и считает возможным общаться с местным населением. Она часто носит лекарства больным.

— Египтяне считают ее знахаркой, — сказал лорд Джонатан. Наверное, он хорошо знал эту даму. — Ее очень любят в стране. Аюди готовы проехать много миль, чтобы она их полечила.

— Я читала «Письма из Египта», которые леди Бейкер-Финч опубликовала почти десять лет назад, — призналась Элизабет. — Рассказы о ее жизни и приключениях на Ниле вдохновили многих англичанок на путешествие в Египет.

— И вас она тоже вдохновила, миледи? — осведомился мужчина, сидевший рядом с нею. — Или вы намерены когда-нибудь написать собственную книгу приключений?

Что-то заставило ее посмотреть на лорда Джонатана, однако выражение его лица ничего ей не сказало. Элизабет попыталась вспомнить, не упоминала ли она о своем дневнике в ту лунную ночь, когда они встретились на палубе. Она очень живо помнила все: свет луны и напоенный ароматом лотоса воздух, великолепный Нил и таинственные рощи на берегу. Звук его голоса. Золотистую кожу его рук и груди. Озорную улыбку. Чувственный взгляд его лазурных глаз. Удивительный поцелуй, который потряс ее…

Но как Элизабет ни старалась, она не могла вспомнить, чтобы говорила о дневнике, записи в котором делала каждый вечер перед сном. Вроде бы не было разговора и о «Письмах из Египта», которые действительно глубоко тронули ее душу и сердце.

— Мне понравилась книга леди Шарлотты, — ответила Элизабет. — Но, готовясь к путешествию, я прочла и многое другое. Полковник очень любезно отыскал в библиотеке Стенхоуп-Холла несколько нужных томов — чтобы расширить мой кругозор. Думаю, он сможет подробнее сообщить об этом, милорд.