Теперь вопрос – а уберется ли ко всем чертям из Крыма Россия после этого требования? Или начет накапливать силы. Ну, а далее, смотри, как говорится, вариант номер один.

Вот такие вот крымские войны получаются.

Как хорошо, что все это происходит только в моем больном воображении. И кстати, тут есть очень симпатичная шкурная возможность. Если боевые действия будут разворачиваться в Крыму, то понятно даже и ежу, что нужно ехать в Крым для знакомства с местностью. Для близкого и, что самое важное, длительного знакомства. Летом. В крайнем случае, весной.

Хотя заказчик, кажется, хотел, чтобы все было закончено до выборов российского президента.

Я вылез из-за письменного стола и, не одеваясь, вышел на балкон. Глянул вниз, на стоянку. Стоит. На стоянке, как и положено, стоит автомобиль. Тот самый автомобиль. С тем самым, наверняка, мужиком в салоне. Мужик ждет моего выхода, чтобы снова составить мне компанию.

Но я сегодня не особенно настроен на прогулки по городу. Я сегодня настроен… А черт его знает, на что именно я настроен. Работать, кажется, я уже не хочу.

Я хочу повидать Алиску, тем более, что я вчера обещал ей перезвонить. Не давши слова, крепись, а давши – держись.

Пришлось включить телефон, и он не мог не воспользоваться моментом.

– Да, – сказал я в телефонную трубку.

– Саша, ты? – голос в трубке был отдаленно знакомый, но трудно определяемый.

– Я.

– Это я, привет.

– Привет, – ответил я, прикидывая, кто это может быть.

– Чего ты мне вчера не перезвонил? Я ждал.

Вчера. Перезвонил. Мой взгляд упал на листок бумаги возле телефона. Маминой рукой было написано «Репин» и приписано рядом «после 23-00».

– Привет, Сергей. Я был занят. Что стряслось?

Что-то должно было стрястись, иначе этот странный звонок Сергея Репина, независимого журналиста, не имел никакого логического объяснения.

– Ты сейчас занят? – спросил Репин.

Это становится традицией, спрашивать у меня, занят ли я. Еще и работу, не дай бог, предложит. Это будет обидно. От работы я бы не отказался. Но от работы, предложенной Репиным, я откажусь наверняка.

Как там в поговорке? Не стал бы работать с ним на одном квадратном километре. Это если мягко выражаться.

– Мы сегодня проводим небольшое мероприятие для журналистов…

– Кто мы?

– Я и одна общественная организация.

– Я не журналист, уже давно.

И твоими стараниями в том числе, чуть не добавил я.

– Это может быть интересно, – сказал Репин, – потом будет фуршет.

– Я не пью.

– Приезжай в любом случае. Посмотришь на людей, пообщаешься. Есть разговор, не по телефону.

Естественно, не по телефону. Я как поднимаю свою телефонную трубку, перед глазами сразу встает картина из итальянского фильма «Я боюсь». Кто-то болтает по телефону, а серьезные люди сидят в наушниках возле магнитофонов и этот разговор пишут… пишут…

– Сегодня, в четыре часа. Дворец труда, двадцатый подъезд. Знаешь где?

– Знаю, – ответил я.

– Ждем.

– Ждите, – сказал я коротким гудкам в телефонной трубке.

Никуда я не пойду… Хотя…

Нет, я пойду. Я обязательно пойду. Я давно обещал Алиске развлечение. А что может быть занятнее чем местные независимые журналисты, собранные в одном месте и в одно время. Да еще в предвкушении фуршета.

Я набрал номер телефона Алиски.

Экран системы охраны мигнул и погас. Охранник, оторвавшись от кроссворда, несколько раз стукнул ладонью по монитору. Это был скоре жест эмоциональный, выражавший отношение охранника к тому, что вот уже три дня подряд камеры наружного наблюдения ведут себя как попало, выходят из строя по несколько раз за день.

Охранник отложил в сторону газету, оглянулся на приоткрытую дверь комнаты, откуда доносилась музыка. Попросить кого-нибудь из компьютерщиков глянуть, что там с оборудованием? В принципе, по инструкции, нужно было немедленно позвонить и вызвать ремонтника и кого-нибудь на усиление охраны.

До вчерашнего дня именно так и поступали. Вчера, после очередного сбоя оборудования, было неофициально разрешено не устраивать в случае ерундовской поломки военные игры.

С этим охранник был согласен. Кто мог покушаться на трех пацанов и девчонок, которые целыми днями сидели перед компьютерами, делая перерыв только на то, чтобы сбегать за пивом в соседний магазин?

Ни денег, ни еще чего ценного в двухкомнатной квартире, переоборудованной под офис, не было. Разве что компьютеры. Охранник почесал щеку.