— Может, ты заедешь как-нибудь во время ленча? Мы поработаем в саду, и я сделаю тебе сандвич или еще что-нибудь.

Или еще что-нибудь?

— Великолепная идея. Лучшего занятия во время перерыва не найти, — говорю я. А хотел бы сказать: «Что ж, красотка, готовься потрахаться!» Вот вам и оговорка по Фрейду!

У меня есть все основания для морального удовлетворения. Чего не скажешь о физическом: в желудке пожар, как на нефтяных скважинах в Ираке. Барт Абельман имел колоссальный успех на фестивале комедийных искусств в Аспене. Теперь его хотят заполучить все телеканалы. Эн-би-си предложил самые лучшие условия для его раскрутки. Обычно это означает, что будет написан сценарий и, возможно, по нему даже снимут пилотный выпуск. А это дает возможность получить место в сетке программ следующей осенью или в крайнем случае в середине сезона. Джонни будет очень доволен этим известием. Он сейчас поглощен новостями о Виктории, вызывающими у него обильное слюнотечение. И пребывает в таком хорошем настроении, что я решил заговорить о повышении именно сегодня.

Вхожу в здание, и со мной здоровается охранник Стью:

— Доброе утро, Гриффин.

— Доброе утро.

Он выходит из-за стола.

— У меня появилась новая идея по поводу Тревиса. Что, если ему сыграть спятившего серийного убийцу животных?

— Серийного убийцу животных? — переспрашиваю я.

— Да, скажем, когда этот парень был ребенком, на него набросилась собака. И, допустим, сильно его изувечила. И теперь он бродяжничает и убивает животных.

— Очень оригинальная идея, — усмехаюсь я.

— Мне тоже так кажется. Я придумал это вчера вечером, когда ложился спать. Знаешь, у меня постоянно появляются разные идеи, ничего не могу с этим поделать.

— Я бы ушел от рассказа о его лечении и сразу приступил к основному действию.

— Именно так я и думал! — Стью сияет от удовольствия.

Сажусь в лифт.

— Удачи тебе!

Я начинаю лгать не хуже Джонни. Вхожу в офис и здороваюсь с Джуди.

— Как дела?

— Телефон звонит не умолкая. Ларри Кинг просит об эксклюзивном интервью с Викторией. А я, честно говоря, не могу отойти от шока.

— Понимаю. Это настоящая трагедия. Самому не верится.

— Это только доказывает истинную ценность жизни. В глобальном смысле большинство наших проблем ничего не значат, ведь правда?

Мы склоняем головы и некоторое время молчим. А потом снова возвращаемся к рабочим вопросам.

— Между прочим, — говорит Джуди, когда я уже направляюсь к себе, — Рэндалл Блум звонил уже дважды. Он спрашивает, согласился ли Тревис сниматься в фильме о комете.

— Метеорите.

— Он приедет к одиннадцати.

— Блум?

— Нет, Тревис.

— Зачем?

— Не знаю, так просили передать. Еще звонили с Эн-би-си… — Она делает паузу и перебирает бумаги на столе. — По поводу какого-то Барта Абельмана.

— Барта? Ну конечно, это наш новый клиент.

— Ты нашел еще одну звезду? — радуется Джуди.

— Очень на это надеюсь. Барт должен встретиться с Его Величеством. Вот черт, он ведь тоже придет к одиннадцати.

— Не стоит волноваться. Тревис всегда опаздывает.

— Ты права.

— Я сообщу тебе, как только приедет мистер Абельман.

Подхожу к своему столу, кладу вещи и слышу знакомое жужжание солярия. Смотрю на часы. Он будет лежать в нем еще десять минут. Поднимаю трубку и звоню Тревису.

Кейша отвечает после второго гудка:

— Гм… алло?

Мне все время кажется, что она разговаривает по телефону с набитым ртом.

— Кейша, это Гриффин. Что это за история с приездом Тревиса?

— Понятия не имею, ты сам сможешь спросить у него.

— Он читал содержание «Огненной дыры»?

— А он вообще что-нибудь читает?

— Там всего-то две страницы.

Две страницы высоких слов о несуществующем сценарии. Если по невероятному стечению обстоятельств Тревис вдруг согласится, студия заплатит миллион баксов сценаристу, и через три недели Тревис получит первую черновую копию.

— Это очень важно, — продолжаю я. — Я надеялся, что в этот раз он сделает исключение.

— Я попрошу его, но, кажется, они с братом уже едут к вам.

— С братом?! — Волоски на шее встают по стойке «смирно». — Кейша, что происходит?

— Ленни вернулся неделю назад. Он на десять лет старше Тревиса. В детстве их разлучили и отдали в разные семьи. Это грустная история. Если тебе интересно мое мнение, она могла бы лечь в основу великолепного фильма. Ленни удивительно на него влияет. С его приездом не было ни вечеринок, ни наркотиков, ни друзей-неудачников. Поверь мне, этот бывший заключенный — настоящая удача.

— Бывший заключенный? — Я глотаю несколько таблеток «Тамс». — Давай начнем с этого.

— Пусть Ленни сам все расскажет. Он очень хочет встретиться с Джонни.