Барт в отчаянии смотрит на меня:

— Ты сообщишь мне потом, ладно?

— Сразу, как только свяжусь с Эн-би-си, — улыбаюсь я, чтобы скрыть смущение.

— Кто-нибудь хочет пить? — интересуется Джонни и жестом отправляет меня к холодильнику. — Здесь огромный выбор: вишня, апельсин, виноград, дыня — все, что душе угодно.

— Я не хочу, — говорит Тревис.

Ленни бросает взгляд на солярий, быстро оглядывает кабинет и моментально составляет представление о Джонни Тредуэе. А тот щелкает пальцами в мою сторону:

— Персик.

Как обычно, вставляю в пакет соломинку и готовлю для него сок, стоя за столом из красного дерева.

Ленни расхаживает по офису, поднимает разные предметы и ставит их на место, как будто ищет наркотики. Джонни, заметно нервничая, наблюдает за каждым его движением, а потом поворачивается к Тревису с натянутой улыбкой.

— Итак, это твой большой брат Ленни, — произносит он. — Был один интересный персонаж по имени Ленни в книге о мышах Стейнуэя.

— Стейнбека, «О мышах и людях», — поправляю я.

— Я не читал. Только краткое содержание. Но у него был рейтинг три из пяти возможных.

— У тебя тут много интересных вещиц, — замечает Ленни. — Пожалуй, я наведаюсь сюда после закрытия и «обчищу» твой офис.

Джонни нервно смеется. Он хочет надеяться, что Ленни шутит.

— А ты острослов почище того комика, с которым мы только что заключили контракт. Ты выступаешь?

— Нет, — отвечает Ленни, даже не улыбнувшись.

— И когда ты приехал? — интересуется Джонни, беспокойно ерзая в кресле.

— Неделю назад.

— Тебе нравится?

— Великолепно! — язвительно отвечает Ленни, изучая точную копию китайской вазы десятого века.

— Итак, сегодня я пригласил вас для того, чтобы сказать: фильм «Огненная дыра» может стать хитом следующего лета. Мы уже запланировали премьеру на четвертый уик-энд июля. У этой картины гигантский бюджет, и тебе готовы заплатить двадцать миллионов. Поэтому, возможно, здесь нечего обсуждать и вопрос уже решенный.

— Давай для начала выясним одну вещь, — остановил его Ленни. — Это не ты нас позвал. Мы сами приехали. С этим все ясно?

— Конечно, да, абсолютно, — смешался Джонни.

— Теперь начнем сначала. Сколько ты получаешь из этих двадцати миллионов?

— Пятнадцать процентов. Это норма в нашем бизнесе, — закашлялся Джонни.

Ленни ставит вазу на место.

— Извини, возможно, я ничего не понимаю в голливудских делах, но разве этот вопрос не обсуждается?

— Вообще-то нет.

— Мне с трудом в это верится, — говорит Ленни. — Если я скажу тебе, что могу заплатить только десять процентов и на эти условия уже согласны парни из офиса с другой стороны улицы, ты что, предложишь мне пойти к ним?

— Какие парни с другой стороны улицы?

— Ответь на вопрос, Тредуэй.

— Ну… э-э-э… нет, не совсем. Но я не могу уменьшить ставку. Так не делается! Если я поступлю подобным образом с Тревисом, мне придется снизить ее и с остальными.

— Тревис — это не остальные. Десять процентов от двадцати миллионов — чуть больше, чем пятнадцать от четырех сотен в неделю.

— Я с этим не спорю! — Джонни пытается улыбнуться, но даже из противоположного угла кабинета я вижу, что его лоб становится влажным.

— Хорошо, неплохое начало. Ты получаешь десять процентов, и это наш подарок. И относиться к ним ты будешь соответственно. Мы хорошо друг друга Поняли?

— Думаю, да, — мямлит Джонни. — Мне нужно взглянуть на контракт.

— К черту контракты. Они существуют для того, чтобы их нарушать.

— Это ненормально, — возмущается Джонни. — Тревис, ты разрешаешь брату говорить от твоего имени?

— Мне кажется, он неплохо справляется, как считаешь?

— И что же ты делаешь, чтобы получить такую приличную сумму? — интересуется Ленни. — Судя по тому, что рассказал мне братишка, всю работу здесь выполняет твой секретарь.

— Я его ассистент, — поправляю я. Но естественно, не собираюсь подавать в суд из-за семантической ошибки.

— Фактически Гриффин мой партнер, — объясняет Джонни.

Партнер? Я не ослышался? Нет. Он сказал это, черт его подери!

— Мы все здесь одна команда. У меня много клиентов, — продолжает Джонни.

— Тогда, видимо, хорошие сценарии достаются кому-то другому, — замечает Ленни.

— Прости? — не понимает Джонни.

— Я прочитал две страницы об «Огненной дыре». Кто написал это дерьмо? Чья-то секретарша? И почему вы не прислали весь сценарий? Уверен, это полная чушь.