Мы подурачились еще немного, потом я спросил ее, помнит ли она присутствие Эстер на вечере. Да, она это помнит.

–  А ее кавалер?

Она утвердительно кивнула:

–  Мечтательного склада. С изюминкой. Хочу добавить: если вам нравится тип латиноамериканца. Латиносы лично мне не по вкусу, но я с ними могу ладить. Пока он не показал, кто он такой на самом деле.

–  Вы с ним разговаривали?

–  Недолго. Он был какой-то застенчивый с другими людьми, поэтому я решила опекать его. Он рассказал мне о своей профессии и о другом. Он артист. Студия Гелио-Граффа заключила с ним долгосрочный контракт.

–  Как его зовут?

–  Лэнс Леонард. Забавное имя, правда? Он сказал, что сам выбрал его.

–  Он не назвал вам свое настоящее имя?

–  Нет.

–  И у него есть договор с Гелио-Граффом?

–  Так он сказал. Конечно, его внешний вид вполне подходит. И артистический темперамент.

–  Вы имеете в виду, что он ухаживал за вами?

–  Ну что вы! Я не позволяю этого. Да и он привязан к Эстер, я вплела это. Потом они сидели в баре, пили из одного бокала, совсем рядышком друг с другом.
– Ее голос звучал задумчиво. Затем она добавила для самоутешения: - Но потом он показал свое подлинное лицо.

–  Каким образом?

–  Это было ужасно, - произнесла она не без удовольствия.
– Эстер зашла сюда, чтобы позвонить. Я дала ей ключ. Должно быть, она звонила другому мужчине, потому что Лэнс вошел вслед за ней и устроил сцену. Эти латиносы так эмоциональны.

–  Вы присутствовали при этом?

–  Я слышала, как он кричал на нее. У меня были дела в моем собственном кабинете, и я невольно подслушала, что происходило. Он обзывал ее всякими словами: с-у-к-а и другими, которые я не хочу повторять.
– Она попыталась покраснеть, но это ей не удалось.

–  Угрожал ли он ей чем-нибудь?

–  Еще бы. Он сказал, что она не проживет и недели, если не будет выполнять правила задуманной операции. Что она влипла в это дело глубже, чем кто-либо другой, что ей не удастся лишить его этого огромного шанса.
– Мисс Спили была довольно порядочной женщиной, но не могла удержаться от злорадной улыбки на краешках своих губ.

–  Говорил ли он, в чем заключается операция?

–  Я об этом ничего не слышала.

–  Не грозил ли убить ее?

–  Он не говорил, что сам ей что-то сделает. Он сказал… - Она посмотрела на потолок и постучала пальчиком по своему подбородку.
– Он сказал, что если она не будет себя правильно вести, то ею займется этот его друг. Кто-то, кого зовут Карл.

–  Карл Штерн?

–  Может быть. Он не назвал фамилию. Он просто повторял, что Карл вправит ей мозги.

–  Что было после этого?

–  Ничего. Они вышли из кабинета и вместе уехали. Она выглядела очень подавленной, это точно.

Во дворе стояла телефонная будка, и я погрузился в изучение местных телефонных справочников. Лэнса Леонарда я в них не нашел. Не значились там ни Лэнс Торрес, ни Эстер Кэмпбелл, ни Карл Штерн. Я позвонил Питеру Колтону, который недавно ушел в отставку с поста старшего следователя городской прокуратуры.

Он сказал мне, что Карл Штерн тоже недавно ушел на пенсию. То есть он переехал в Вегас и начал заниматься законной деятельностью, если вообще можно говорить о законности в Лас-Вегасе. Штерн вложил свои деньги в большую новую гостиницу-казино, строительство которой еще не закончено. Лично Колтон надеется, что его золотишко накроется.

–  Откуда у него взялось золото, Питер?

–  Из разных источников. Он входил в синдикат. Когда Сигель порвал с синдикатом и в результате погиб. Штерн стал одним из его главных наследников. Он нажил деньги на средствах коммуникаций. Когда комиссия по преступности накрыла эту операцию, он какое-то время финансировал мафию по распространению наркотиков.

–  Поэтому, несомненно, вы упрятали его за решетку?

–  Лью, ты знаешь ситуацию так же хорошо, как и я.
– Колтон говорил сердито и в то же время извиняющимся тоном.
– Наша часть работы связана с преследованием уже выявленных преступников. Мы работаем с тем материалом, который соберут для нас полицейские. Карл Штерн нанимал полицейских в качестве своих телохранителей. Политические деятели, которые нанимают и увольняют полицейских, ездили с ним на рыболовные прогулки в Акапулько.

–  А как он ухитрился получить себе лицензию для открытия игорного заведения в Неваде?

–  Он не получил лицензию в Неваде, ибо снискал себе такую репутацию, что не мог получить там лицензию. Ему надо было создать какую-то крышу.

–  Не знаете ли, кто осуществляет ему прикрытие?

–  Саймон Графф, - ответил Колтон.
– Вы, наверное, слышали о нем. Они собираются назвать свое заведение "Касбах Саймона Граффа".

С минуту я молчал.

–  Мне казалось, что деньги вносит Гелио-Графф.