Шрифт:
Порой ПОДВИГ заключается не в удачном штурме с «кровавыми ошметками», а в умении проявить личную офицерскую ответственность и не допустить уничтожения людей только по тому признаку, что они думают иначе, в решении проблемы мирными путями. Но чтобы понять это – надо уметь понимать.
С тех пор пробежал десяток лет. Каледин стал полковником, а бывшие десантники Вольский и Обухов продолжали движение по лестнице вниз. «Революция» вскружила голову и «обезбашила» не их одних. Свобода, равенство, братство… И… деньги. Они выползли на первый план, стали главной заботой и местом приложения армейских способностей. А где много денег? Конечно, у криминала. Вольский стал личным шофером у неоднократно судимо го Глушкова, по кличке Сало, входившего в крупную ОПГ. Впоследствии Сало стал депутатом Госдумы второго созыва, и их дорожки разошлись. Но связи в криминальной среде Вольскому пригодились и позже хорошо помогли в организации охранного бизнеса.
Однако в спорах с проверяющими инстанциями автомат Вольский не применял, потому что легче и дешевле дать денег на лапу и на время забыть о существовании взяточников, казнокрадов и предателей, чем терять бизнес, свободу или вообще все!
Волъский рассуждал трезво:
«Раз им там наверху ничего не нужно, то мне тем более! Гори оно все пламенем – все равно страну растащили и распродали!»
Да и патронов на всех не хватит – столько развелось всякой сволочи с умными лицами. Из «ящика» поганой метлой не выгонишь! «Законсервированной» в ожидании лучших времен жизни и перспективой пенсии перед смертью бывшим десантникам не хотелось. Они были реалистами и отдавали себе отчет в том, что лучшего времени не застанут. Хорошо только там, где нас нет, значит, хорошо будет, лишь когда их не станет. И ни минутой раньше. Поэтому, чтобы жить по-человечески [11] , они с Обуховым пытались заработать на всем. Бывало – их кидали. Случалось – выходило у них.
11
В понимании Вольского и Обухова.
Бизнес, господа! Коммерция!
Настроения никакого. Вольский выключил «игрушку» на компьютере и от нечего делать вошел в Интернет. В очередной раз он набрал имя Азамат и, «кликнув» ПОИСК, потянулся за орешками. Отправив порцию в рот, Вольский глотнул пива и лишь после этого взглянул на экран.
Но что это! Компьютер выдал результат: найдено сразу с десяток сайтов с запрашиваемым именем. Отставив бокал, Вольский навел мышь на первый по списку и стукнул клавишу, словно кнопку взрывной машины.
В тексте бросилось в глаза жирно выделенное машиной имя – Азамат. Бегло пробежав заметку, Вольский почувствовал всплеск возбуждения. Непонятная радость охватила его, когда он прочитал о гибели выходца из бывшего СССР. Не от того Вольский радовался, что справедливое возмездие настигло преступника через столько лет, а потому, что это первый звонок Ашрафа.
Взбудораженный хорошей новостью, Вольский схватил со стола телефон и набрал Обухову…
У того оказалось занято. Он набирал снова и снова… Но линия, словно нарочно, отвечала короткими гудками.
Вольский выругался и, отложив трубку, вышел на заметку арабского информационного агентства «Аль-Джазира»…
Все то же самое, только в конце материала жирный вопрос: «Так кто же убил террориста?» Автор очень прозрачно намекая на возможную причастность к смерти Азамата неких спецслужб…
Если б так и было!
Тишину тихой квартиры уколол тонкий звонок телефона. Не отрываясь от экрана, Вольский взял трубку.
– Это ты?! – воскликнул он, узнав Обухова. – А я тебе звоню!
Вольский хотел обрушить на голову друга важное сообщение, но тот заговорил первый, не дав открыть рот.
– Беги скорее, включай первую программу! – прокричал не менее заведенный Боря. – Смотри новости! Потом позвоню!…
Гудки прервали связь.
Много времени Вольский проводил на кухне – ему там удобнее, поэтому куда-то бежать в поисках телевизора не было нужды. Он просто взял пульт и нажал цифру «один». Плоский экран серебристой «Соньки» вспыхнул синевой и подключился к передаче. В кухню ворвались сводки с войны.
«…В ходе проведенной федеральными силами спецоперации уничтожено девять боевиков, среди которых однозначно опознан известный полевой командир Хамид… Имеются потери и с нашей стороны…»
Вольский вскочил и в радостном порыве вскинул вверх крепко сжатый кулак.
– Есть! – прокричал он. – Мы их сделали!!! Сделали!!!
Через два дня после сообщения о гибели террористов Вольский встретился с арабами.
– Как видите, мы выполнили ваши условия, – сказал Ашраф. – Хотя не скрою – это было нелегко и недешево. Теперь мы с вами – один отряд.
– У нас говорят – одна команда, – поправил Вольский. – Перейдем к делу.
– Как вы осуществите акцию? – начальственно-лаконично спросил Насер.
– Об этом буду знать только я, – ответил наемник, вызвав по меньшей мере удивление партнеров.
– Мы так не работаем, – возразил Ашраф. – План нужно утвердить.
– Я так работаю, – уперся Вольский, вызвав раздражение арабов. – Я должен выполнить задачу, а не заниматься пустыми утверждениями несуществующего плана! Это не моя проблема!
После взаимных препирательств Вольскому удалось доказать, что в данном случае нужно действовать именно так.