И не читает тщательней.

Ведь нет из всех поэтов древних никого,

Откуда б не заимствовал

То там, то сям цветочки ты и перлочки

Рукой своей уемистой.

Почтив поэта этой честью, далее

Чтоб внесть в свои писания.

Даешь поэту счастье: все, что ты сложил,

Своих отцов подобие.

Они блистают ярче средь стихов твоих,

Чем ночью звезды яркие.

Обычно чести этой никого из них

Ты не лишаешь дружески,

Чтоб не рыдал никто - цвет века прежнего

Тобою позаброшенный.

Итак, чтоб тех певцов размеры вечные

Не обветшали в праздности,

Ты их, пристрастьем времени наказанных,

Новейшим блеском жалуешь.

А новизною одарять все старое

Нет ничего счастливее.

Блаженное искусство! Кто, владея им,

Даст обновленье старому,

Тот никаким искусством (и потея век)

Не даст новинкам старости.

178. ШУТКА ПО ПОВОДУ КЕНОТАФА ГЕРВЕЯ

Может с Гервеем одним сопоставить двух Дециев сразу

Век наш, - и это твое, Бриксий, сужденье о нем.

Но непохожи они, ибо те добровольно погибли,

Этот же сгиб оттого, что не сумел убежать,

179. ФЕБ ОБРАЩАЕТСЯ К БРИКСИЮ

Хочешь узнать мое мненье о книге могучезвучащей,

Той, что Гервея и брань живописует, и смерть?

Значит, священный певец, восприми-ка священные речи

Феба, какие тебе Фебов оракул изрек:

"В опусе всем слога нет одного, но тысяча - лишних.

Опус же кончен: не быть может ли этот пустяк?

С "менсис'ом" вместе он слит, - у тебя же его не отыщешь;

В "менсис'е" больше его, чем половина: он - "менс".

180. САБИНУ, У КОТОРОГО ЖЕНА ЗАБЕРЕМЕНЕЛА В ЕГО ОТСУТСТВИЕ

Жизни опора, надежда единая в старости поздней,

Чадо тебе рождено. К дому, Сабин, поспеши!

Живо! Супругу поздравить пора плодовитую, надо

Милое чадо узреть. К дому, Сабин, поспеши!

Живо, тебе говорю, поспешай, ну, не будь же ленивым,

Как только можешь, беги. К дому, Сабин, поспеши!

Сетует уж на тебя и супруга твоя, и малютка

Слез без тебя не уймет. К дому, Сабин, поспеши!

Неблагодарным не будь и за то, что дитя народилось,

И за созданье его. К дому, Сабин, поспеши!

Поторопись же прибыть, ну, хотя бы к обряду крещенья:

Ты еще можешь успеть. К дому, Сабин, поспеши!

181. КАНДИДУ, ВОСХВАЛЯЮЩЕМУ СВЯТЫХ МУЖЕЙ,

ХОТЯ САМ ОН БЕЗНРАВСТВЕН

Кандид, ты хвалишь достойных, но им подражать не желаешь.

Я их хвалю, говоришь, Кандид, без зависти к ним.

Кто ж подражает достойным и зависти полон к тому же,

Кандид, белей молока и белоснежней снегов!

182. КАКОЕ СОСТОЯНИЕ ГОСУДАРСТВА НАИЛУЧШЕЕ

Ты вопрошаешь: "Что лучше, король иль правленье сената,

Или иное, когда оба негодны они?"

Если ж и тот, и другой хороши, - я склоняюсь к сенату:

В множестве добрых людей, думаю, больше добра.

Пусть нелегко поддается количество добрых подсчету,

Но что негоден один, можно легко заключить.

Пусть даже будет сенат между злом и добром посредине,

Вряд ли, однако, король "средним" пребудет таким.

К доброму часто совету склоняется скверный сенатор,

Но непреклонен король, правя советом своим.

Избран народом сенат, короли же родятся в коронах;

Жребий здесь правит слепой, там же - надежный совет.

И понимает сенат, что он создан народом, король же

Думает, что для него создан подвластный народ.

В первый правления год короли обольщают обычно,

Консул же будет таким в каждом грядущем году.

Долго живя, свой народ острижет король ненасытный,

Если же консул плохой, - можно другого желать.

Я не согласен с известною басней, что сытую муху

Надо терпеть, чтоб ее место голодной не дать.

И заблуждение верить, что алчный король насыщаем:

Эта пиявка всегда будет себя набивать.

Правда, решенья отцов несогласие вредное губит,

Но несогласным никто быть не дерзнет с королем.

Зло это тем тяжелей, если в важных делах разногласье.