Эти читая слова, ты уже и стихи нам готовишь,

Весь напрягая свой ум, только, увы, без ума.

Хвалишь ли что или в мере какой-то хулишь, есть надежда:

Жить это будет, своим гением сохранено.

Ведь и в Каменах твоих, гениальнейший муж, - ты уверен,

Гений какой-то, и он будет откуда-то в них.

Ты же, однако, желай (и не будет отказа), чтоб книга

Гения дар не несла, ибо бездарна она.

Если какой-либо гений продлит ее дни, то он будет

Явно из гениев злых: тысячи их у тебя.

Но это будет не жизнь, если верить тому же поэту,

"Ибо не всякая жизнь, благо - здоровая жизнь".

Если же жизнь твоей книги - тускнеть в непрестанном позоре,

Пусть тебе будет дано вечной кончиною жить.

227. О СТРАСТИ ВЛАСТВОВАТЬ

Царь из многих царей, кто единственным царством доволен,

Лишь и найдется один, если найдется один.

Царь из многих царей, хорошо управляющий царством,

Лишь и найдется один, если найдется один.

228. О СДАЧЕ НЕРВИИ ГЕНРИХУ VIII, КОРОЛЮ АНГЛИИ

Нервия, Цезарь-воитель тебя, непреклонную, занял

Не без потерь и больших с той и другой стороны.

Генрих тебя покоряет, без крови берет тебя принцепс,

Цезаря больше он столь, сколь же его и славней.

Знает король, что почетна ему эта сдача, постигла

Также и ты, что сама с пользой не меньшей сдалась.

229. О ФАБУЛЛЕ И АТТАЛЕ

Фабулла, как-то обозлясь на Аттала,

За что - не знаю, но стремясь задеть его

И показать, сколь явно он в презрении,

Ему поклялась: будь бы даже сто у ней

Тех органов, что отличают женщину,

Один ему отдать не соизволила б.

"Отказ?
– тот восклицает.
– Это что ж, о зло,

Воздержанность иль бережливость новая?

Бывала ты обычно благосклоннее.

Один из сотни дать ты затрудняешься,

О скряга, орган? Но одним, единственным

Ты обладая, тот один мужам всегда

Давала сотням сотен благосклонная.

Увы, боюсь, чтоб эта скупость странная

Тебе в конце концов не повредила бы".

230. О БОЛЬНОМ ЛИХОРАДКОЙ И СКЛОННОМ К ПЬЯНСТВУ ВРАЧЕ

Полутрехдневной когда заболел мой сын лихорадкой,

Я Савромата врача в помощь зову на авось.

Пальцем большим прикоснувшись, он чувствует жилы биенье.

"Жар, - говорит он, - силен, но непременно спадет".

Требует тотчас бокал и до самого дна осушает,

Даже и Битий такой вряд ли бы смог осушить.

Пьет и больного примером к питью побуждает такому,

И говорит, что его тщательно взвешен совет.

Он ведь пылает в жару, значит, следует выпить побольше,

Ибо не малой водой гасят огромный костер.

231. О КАЮЩЕМСЯ ГЕСПЕРЕ

Наш Геспер, как святой обычай требует,

Грехи смягчая, каялся священнику.

А тот стремится выведать признание,

И, хитрый, все затронув преступления,

Он среди них пытает, а не верил ли,

Как нечестивцы, Геспер в мерзких демонов?

"Ах, мне ль отец, - тот молвит, - верить в демонов!

С большим трудом досель я в бога верую".

232. О БОГЕ СЛУЧАЕ, С ГРЕЧЕСКОГО

– Родом ваятель твой кто?
– Сикионец.
– Но как его звали?

– Это Лисипп.
– Ну, а ты?
– Случай, властитель всего.

– Что ж ты на кончиках пальцев?
– Кружу постоянно.
– Зачем ты

Крылья несешь на ногах?
– Я словно ветер лечу.

– В правой руке почему лезвие у тебя?
– Указанье,

Что в остроте и ему не поравняться со мной.

– Волосы что ниспадают на лоб?
– Кто схватить меня хочет,

Пусть упредит.
– Почему сзади лыса голова?

– После того, как на крыльях промчусь я стремительно мимо,

Сзади не сможет никто снова меня возвратить.

Значит, ты мог бы отсюда постичь, что поставлен таким я

Здесь в назиданье тебе мастера умной рукой.

233. О ФИЛЛИДЕ И ПРИСКЕ, НЕОДИНАКОВО ЛЮБЯЩИХ

Чистая Филлида так с Приском пламенным славно сольется,

Как с искрометным вином хладная влага воды.

Любит Филлиду Приск, накаленного пламени жарче,