– Где вино взял?

– Эй, ребята, кабак близко!
– закричали стрельцы.

– Веди, отче!

– Гуля-а-ай!

Поп увел несколько человек с собою.

С ним ушел Илейка...

Беглые бродили по берегу. Лежали в челнах. У воды трещал костер. Солнце тонуло в песках. Волга плескала звонким, крутым накатом.

Смеркалось. Неклюда все не было. Не возвращались и стрельцы.

– Должно, загуляли, - сказал Глеб, - а Неклюда, мыслю я, зря послали: у меня к нему никак веры нет.

Костер задымил - и в воде замутилось огненное корневище.

– Я чаю, поздно здесь рекостав бывает, - сказал Томило.

– А у нас в Новегороде Волхов вовсе не мерзнет, - промолвил Ждан.

– Полно!

– Верно говорю - под Перынью, урочищем, вода завсегда живая*.

_______________

* В о д а ж и в а я - незамерзающая, проточная.

– С чего то?

– А как царь Иван у нас лютовал, с той поры и стало.

– Дивно дело!..

Голос у Ждана был густой, певучий. Грея над огнем руки, он заговорил:

– Приехал грозный царь в Новгород. Пошел в церковь к обедне. Глядит за иконою грамотка (попы положили), а што в грамотке, никто не узнал. Только затрепенулся царь, распалился и велел народ рыть в Волхов*. Сам влез на башню. Начали людей в реку кидать. Возьмут двух, сложат спина со спиною - и в воду. Как в воду, так и на дно. Нарыли народу на двенадцать верст; остановился народ, нейдет дале. Послал царь верховых. Прискакали верховые: "Мертвый народ стеной встал!" Сел царь на конь, поскакал за двенадцать верст. Стоит мертвый народ стеною. И тут стало царя огнем палить, начал огонь из-под земли полыхать. Поскакал прочь - огонь за ним. Скачет дале - огонь все кругом. Брык с коня, на коленки стал: "Господи, прости мое погрешение!" Ну, пропал огонь. Да с той поры Волхов и не мерзнет на том месте, где царь Иван людей рыл. Со дна речного тот народ пышет...

_______________

* Р ы т ь в В о л х о в - "зарывать" в воду реки Волхова, то есть топить.

Заскрипел песок. К воде, стороной, метнулась тень Неклюда.

– Заждались!
– крикнули на берегу.

– Узнал што? Или так ходил, без дела?

– Погоди!.. Дай срок!..

Неклюд, хмельной, молча оглядывал стрельцов, искал глазами струги. На нем были новые цветные портищи. Искривленная шапка валилась с головы.

– Глебушко! Ждан!
– резнул уши тонкий Ивашкин голос.
– Не с добром он! Чую, што не с добром!..

Неклюд, повернувшись, шагнул в темноту.

– Эй, куда сшо-ол?

– Што за диво?!

– Неклю-уд!

– Тут я, - раздался голос.

И вдруг засвистали. На берег ватагой высыпали городские стрельцы.

– Не противься! С пищалей бить станем!
– вопил стрелецкий сотник.

– Вона што!

– Неклюд!.. Пес!..

– В челны-и-и!

– Има-ай воровских людей!..

Ивашку впихнули в челн. Мокрое весло ткнулось в руку. Глеб и Ждан быстро гребли стоя. С берега раз, другой грохнула пищаль. Челн заливало волной. Ждан говорил Глебу:

– В устье сойдем. Ловцами станем...

– Эй, пошто не гребешь?
– окликнули они Ивашку.
– Неужто пулей зашибло?

– Да не...
– Он сидел сгорбившись, опустив голову, глотая слезы. Неклюд-то, мыслю, довел на нас... А с нами ведь был заодно, ел, пил вместя-ах...

– Эк ты мягок, - сказал Глеб.
– Ничего, парень! Неправды еще сколь много на свете. Ну, не томись, веселей угребай, не рони весла!..

Стал Ивашка рыбным ловцом.

Ездил на "прорези" - садке с прорезанным дном, где по зашитому решеткою полу ходили большие репьястые рыбы.

В ставших озерами протоках ловили веселую рыбу "бешенку". Сеть опрастывали в лодку, "бешенка" билась и трепетала, и лодка казалась наполненной мерцающей водой.

Дула моряна. Ветер ломал ледяные поля. Пласты льдин, острые, как ножи, громоздились и рушились со звоном и плеском.

По весне в устье шел сбор яиц. Тихими летними вечерами сети покрывались белым налетом. Это были поденки...

Так прошел год. И снова была весна с счастливыми голосами уток, с немою рыбьей свадьбой.

Красная рыба скатилась в море. Опять осень пришла...

5

"...Ваше царское и княжеское величество не только сами ученых

людей любите, но и всемилостиво... намерены в своем царстве и землях

школы и университеты учредить... Ваше царское и княжеское величество

этим себе имя истинного отца своего отечества снискаете, какого

только бог к особому благополучию страны создал и утвердил..."*

_______________

* Ответ Борису ученого Товия Лонциуса из Гамбурга по поводу приглашения его в Москву для учреждения универсального типа школ.