Полетаев втянул голову в плечи, вид у него был больной.

– Господи, а кассету-то они вам зачем показывали?

– О! Это был тонкий и хитроумный план. Им надо было, чтобы я просмотрела все, что снимал Ример во время их поездки. Вот они и придумали эту идею с адвокатшей и чтением по губам.

– Я сейчас повешусь. Это какой-то дурдом.

У Полетаева то ли болела голова, то ли он действительно плохо понимал, о чем идет речь

– Вы хотите сказать, что просто все сошлись в одном месте, в одно время?

Даша немного подумала и кивнула:

– Почти.

– Так, я не буду выяснять, что означает ваше "почти", потому что все равно не пойму. Я просто спрошу вас, Екатерина Юрьевна: то, что поведала нам сейчас ваша кузина, хотя бы на сотую долю процента является правдой?

Катя молчала, опустив голову. По ее лицу текли крупные слезы.

– Конечно, это правда, - вздохнула Даша.
– Если вы не поленитесь, то вытащите из заднего кармана господина Римера тетрадь, которую моя сестра передала ему.

Вдовец достал тетрадь и швырнул ее на стол:

– И что это доказывает? Я вчера попросил Катю дать мне ее почитать, она согласилась, ну и что? Ты предлагаешь справедливому чешскому суду строить на этом обвинительное заключение? Что у тебя есть кроме этого?

Виктор Семенович сделал движение корпусом, но Даша его опередила. Схватив тетрадь, она сунула ее под ремень джинсов:

– Тебе, Николай, не надо было болтать лишнего.

Ример склонил голову набок:

– Что ты имеешь в виду?

– Как будет "куница" по-чешски?

– А?

– Я спрашиваю, как по-чешски будет "куница"?

– Да откуда мне...
– начал было Ример и осекся.
– Ну, допустим, я забыл.

– Допустим, ты никогда и не знал.
– Даша состроила гримасу.
– А надо было поинтересоваться, прежде чем делиться со мной ведьминым предсказанием. Теперь сам подумай: кто кроме Кати мог сообщить тебе мое школьное прозвище?

– Это так?
– прищурился Полетаев. Смахнув слезы, Катя вскочила:

– Да! Да! Я его любовница, но это не означает, что я автоматически являюсь и убийцей. Скажи им...

По побледневшему лицу Гоши стало ясно, что лично он именно так и считает. Причем неизвестно, что является большим преступлением.

– Ты... Ты... Да как ты смела!

Полетаев повернулся к Римеру:

– А вы что скажете?

– Что я скажу? Что женщине необходим регулярный секс. У нее без этого мозги киснут. Перед вами яркий пример.
– Он показал на Дашу.
– Хорошо. Раз уж Катя созналась, я подтверждаю, мы с ней сблизились, но произошло это всего лишь пару дней назад. Это должно было случиться, так как мы здесь единственные нормальные люди. Да, я хотел бы найти деньги своей жены, так же, как их хотел найти и мой дядя, царство ему небесное. Но если я ее убил, а деньги все себе забрал, то зачем тогда мне дом? Если же вы думаете, что сначала я убил свою жену, а только потом пошел проверять тайники, так это полный бред... Я что, похож на чокнутого? А если бы Деланян не появился с этой фотографией? Или он решил бы действовать другим способом? Что тогда: брать лопату и перекапывать сто тысяч квадратных километров? Кроме того, есть еще одно "но". Допустим, я действительно имел возможность убить и тетку и армянина. Но я не никак не мог убить своего дядю. Во-первых, я не умею ездить на лошади, а во-вторых, все то время, пока вы разъезжали по окрестным лесам, я лишь прогулялся до ближайшей деревни, а потом вернулся и играл здесь в бильярд. Вам это подтвердят с десяток человек. Кто же и за что его тогда убил? Ведь Катя все это время была с тобой. Кстати, она, если не ошибаюсь, провела в Нью-Йорке на конференции всего три или четыре дня. А мою жену убили в Калифорнии. Для тех, кто не знает географии, сообщаю: это очень далеко от Нью-Йорка. Представляете себе школьного учителя, который рыщет по незнакомой стране с кинжалом в руках?

– Ее задушили.

– Ах, задушили?
– Ример приложил руку к груди и расхохотался.
– Рыжая, ты хоть раз видела мою жену? Да она у джипа колеса бортировала без всякого автосервиса, Катя ее даже спящую задушить не смогла бы!

Даша растерянно посмотрела на Полетаева. Тот поднял руки вверх:

– Чур меня. Я здесь совершенно ни при чем. Это твоя история.

– Так ты действительно не убивала его жену?
– тихо спросила Даша кузину.

После признания в измене мужу Катя чувствовала себя немного увереннее, словно одним махом оставила позади все сомнения.

– Дашка, да ты совсем чокнутая. Как такое могло прийти тебе в голову! А в Нью-Йорке я принимала участие во всех семинарах, устроители конференции не отпускали нас ни на шаг. Куда бы я летала?

– Но кто же тогда их всех убил?!
– воскликнула молодая женщина.

Не получив ответ, она медленно опустилась на скамейку и обхватила голову руками.

Повисла пауза, и вдруг зал взорвался аплодисментами. Даша медленно подняла голову. В ресторане было полно народу, все смеялись и хлопали.

– Что это?
– испугалась она.

– Браво!
– кричали итальянцы.
– Бис! Браво!

И только за столом незадачливых Дашиных спутников царило недоуменное молчание.

Харрис, который сидел ближе всех к остальным посетителям, пояснил:

– Они полагают, что мы организовали что-то вроде детективного клуба на выезде и ваша задача раскрыть сложное преступление. Победителю приз.

Перебросившись парой слов с возбужденными зрителями, он спросил:

– Кстати, они отмечают блестящую игру всех актеров и спрашивают, будет ли вечером новое представление?