Еще одна слеза. Даша вздохнула, встала и, вытащив бумажный платочек, промокнула шефу глаза и лоб, на котором блестели крупные капли пота.

– Вытаскивайте ноги из кипятка. Вам это уже не поможет, а вот кожа на пятках запросто облезет. Учтите, на руках я вас носить не смогу.

Но Прохазке было не до шуток. Он вынул ноги из тазика и, тяжело дыша, поковылял к кровати.

– Умираю...

– Да прям!
– Даша подождала, пока он уляжется, затем присела на краешек кровати и прикрыла шефа легким одеялом.
– Ну, пропустите вы свой конкурс. Так кто вас просил ледяную воду хлестать?

Прохазка слезливо молчал.

– Хорошо. Я сейчас сбегаю в аптеку, куплю все необходимое, но при одном условии.

Прохазка вопросительно приподнял брови.

– Мы беремся за дело пана Чижика.

Шеф энергично замотал больной головой и тут же застонал:

– Ой-ой-ой... Мне и так плохо... Ни в коем случае... Только через мой труп...

– Через ваш труп?
– спросила Даша, вытаскивая градусник.
– Тридцать восемь и пять. Ладно, пусть будет через ваш труп. Я подожду.

– Вы злая, злая!

– Я очень добрая и терпеливая. Целый месяц - месяц!
– я готовлю для вас еду лоханками, глажу ваши слоновьи рубашки и поливаю ваши дурацкие цветы. Так нет, мало этого, теперь мне еще и утку придется за вами выносить...

– Какую еще утку? Вы купили утку? Зачем?!

– Я имела в виду фазана [В Чехии синонимом больничной утки является фазан.].

Прохазка сморгнул:

– Вы думаете, что я так плох?

– Плох? Да вы просто отвратительны! Посмотрите на себя - краше в гроб кладут. Кстати, наш клиент - гробовщик. Попробую выбить у него скидку.

– У нас нет клиента.

– У нас есть клиент. И этот клиент пан Чижик. Я уже пообещала ему нашу помощь.

– Вы не имели на это права!

– А вы не имели права обманывать своих родственников и подставлять меня.

– Но этот человек убил свою жену!

– Так думает полиция. Но если он честный человек, то помочь ему смогу только я.

– Прежде всего вы должны помочь мне! Я ваш начальник!

Даша скрестила руки на груди.

– Ответ неправильный.

– Немедленно отправляйтесь в аптеку и принесите мне лекарство! Я умираю...

– Я в этом не виновата. Более того, я предупреждала вас, не пейте мою воду. Зачем все выпили?

– Что вы от меня хотите?

– Я хочу, чтобы мы помогли этому несчастному.

– Вы меня шантажируете?

Даша задумалась. Через секунду она утвердительно кивнула головой:

– Да, я вас шантажирую.

Прохазка молчал, и она продолжила уговоры:

– Слушайте, ну какой из вас сейчас певец? Я не специалист, но мне кажется, минимум месяц вам придется молчать. Так почему бы нам не заняться расследованием?

– Господи, да каким расследованием?
– сипел Прохазка.
– Как вы себе это представляете?

– Послушайте, - Даша склонилась к нему, - я уже все продумала. Нам не понадобятся ни перестрелки, ни погони. Для нас главное - доказать, что пан Чижик не мог совершить этого преступления.

– Черт побери, да как мы это сможем сделать?

– Послушайте, пан Ярослав, я вам уже рассказывала, почему решила устроиться именно в детективное агентство - у меня есть способности к дедукции и анализу. А также блестящая интуиция.

Прохазка смотрел на нее недоверчиво, даже чуть враждебно, но ссориться ему явно не хотелось.

– В чем же она проявляется, ваша блестящая интуиция?

– Например, в том, что я вас предупредила - не пейте холодную воду.

– Так это не интуиция, а жизненный опыт...
– протянул шеф.

– Что же ваш жизненный опыт вам этого не подсказал?
– съязвила Даша. Но сейчас речь идет о более важных вещах - о человеческой судьбе. Разве можем мы остаться в стороне?

– Лично я - с большим удовольствием. Мне абсолютно все равно, кто там кого и за что зарезал! У меня карьера под угрозой!

– Вы эгоист!

– Я прагматик!

Даша насупилась. Несколько секунд они сидели молча.

– А вам не интересно, в чем его обвиняют?

– Я уже знаю. Он убил свою жену.

– Он не убивал ее! Это было ограбление.

– Час от часу не легче, - пробурчал Прохазка.
– Так что вы хотите? Что бы мы свидетельствовали в суде, какой он добрый и душевный человек? Пожалуйста, если это для вас так важно... В конце концов, в каждом человеке есть что-то хорошее.

Даша погрозила пальцем: