– Простите, можно посмотреть на ваш журнал? – спросил Валерий.

Мужчина вздрогнул и сделал локтем такое движение, как будто защищался от удара. Коже на локте содрана как на коленке первоклассника. Он закрыл журнал и протянул Валерию.

На обложке сиял улыбающийся чертик. Точно такой же. Или тот же самый.

Валерий быстро перелистал журнал, но не увидел заголовка, начинавшегося с «надо».

– Спасибо, – он вышел из вагона и успел поймать удивленный взгляд сквозь уплывающее стекло. Девушка с вытертым носом тоже смотрела и улыбалась.

Он пошел к лестнице, прислушиваясь к шагам за спиной.

Сейчас они были почти не слышны, из-за шума, который всегда плавает в метро, даже если нет поездов. Что, если это была просто зрительная галлюцинация? Это означало бы развитие болезни.

– Мне нужен Федор Николаевич.

– Кто спрашивает?

– Зови и все!!! – сорвался Валерий.

Две девушки, уже составившие очередь у телефона испуганно отшатнулись.

– Он вышел. Позвоните через десять минут.

Валерий отошел и сел на скамейку. Подскочила старуха в грязно-зеленом халате и заняла телефон. Она долго говорила, задирая ногу в шлепанце и ставя ее на перила. Девушки стояли сзади и бурной мимикой передразнивали каждое ее слово.

Наскучив этим занятием, они стали заплетать себе косички.

Через двенадцать минут Валерий все же дозвонился.

– Я слушаю.

– Ты обещал мне помочь.

– У тебя плохие новости?

– Да я не знаю сам, – сказал Валерий, – просто я видел сегодня того самого чертика.

– Живьем?

– Нет, нарисованного на обложке журнала.

– Как назывался журнал?

– Я не посмотрел.

– Зря. Нужно было запомнить номер и название. Тогда бы мы все проверили. Пока будем считать, что это только совпадение.

Было еще что-нибудь?

– Да. У меня страшные мысли.

– Это бывает. Расслабся и помечтай о чем-нибудь. О будущем счастье. Мечты о будущем счастье успокаивают.

– Я именно это и делаю, – сказал Валерий.

Это нужно сделать быстро, – думал он, – Прямо сейчас.

Вернуться и убить ее. Это мгновенная боль. Как будто вырвать зуб. Быстрая боль и долгое счастье после. Девушки шли впереди, смеялись и расплетали косички.

Девушки шли впереди, смеялись и расплетали косички.

Валерий догнал их и обнял за талии, сразу двоих. Левая даже не удивилась, а правая возмутилась поначалу, но быстро остыла. На ней было короткое темно-синее платье. Ее лицо было красивым, но слишком круглым.

– Привет, красавицы!

– Привет. На кого ты орал по телефону?

– На одного друга. Он работает врачом по психам и не понимает нормального голоса.

Круглолицая пискнула, а другая расхохоталась. Валерий пристально посмотрел на круглолицую – в ее глазах было ожидание. «Жаль, что слишком молода», – подумал он.

– Куда мы пойдем? – спросила она с тем же ожиданием в глазах.

– Никуда, – сказал Валерий. – мне нужно идти убивать свою любовницу. Нужно это сделать прямо сейчас.

Ее глаза улыбнулись, но сразу остыли: как же так, ведь мы же разговариваем, ведь мне же повезло, ведь я встретила тебя наконец-то?

Она молчала.

– Правда, это правда, – сказал Ваплерий. – Мне точно нужно идти. Извини, что ничего не получилось.

– Ничего.

– Какой-то непонятный, – сказала подруга, когда Валерий отошел. – Что это с нами случилось? У меня уже проходит, а у тебя?

– Нет еще. У меня не пройдет.

– Какой-то непонятный, – повторила подруга.

Дальше они шли молча.

Людмила постирала покрывало и собиралась вешать его на балконе. Во второй раз она была осторожнее. На балконе оставался еще один дощатый ящик, но Людмила решила не рисковать и принесла из комнаты стул. Так надежнее, хотя все равно страшно. Все равно страшно смотреть вниз, если знаешь, что перила – лишь видимость защиты. Надо что-то сделать.

Она проверила прочность стульчика. Все же лучше было бы, если бы кто-то поддержал, подумала она. Куда он пропал? А я на самом дееле боюсь, такая трусиха. А что, если привязать еще одну веревку, пониже? Ведь вешать белье придется еще не раз.

Она вернулась в комнату и поискала веревку. В стенном шкафу были груды хлама: тонкой проволоки, гнутых гвоздей, планочек, бутылочек, старых пластинок и кусков обоев, каких-то жестянок, педаль от велосипеда, плакат о пользе канцелярского клея, сито, закрытое газетой с заголовком «Факт истории». Ничего, похожего на веревку. Придется вешать так.