Южане взревели, и Айтли прижал ладони к вискам, глядя, как уносят из круга раненого. Торжествующая улыбка женщины скоро погасла — медный диск с питонами-туалью упал на песок. Стоявший рядом с Таррой молодой человек — сын или племянник, судя по сходству — вызывающе вскинул голову.

Айтли ждал следующего круга прямо сейчас, но приблизился один из охранников, положил ладонь ему на плечо.

Юношу увели в полотняную палатку, где на прикрывающей землю циновке лежали шкуры.

— Отдыхай пока. Следующий бой будет, когда солнце перейдет по другую сторону Хранительницы.

— Почему?

— Такова традиция. Если бы кто-то один победил в двух поединках, в третьем, при новом противнике, шансов у него почти не было бы. Все устают.

Охранник добавил, ухмыляясь:

— Тебе везет, мальчик. Уже четыре рода захотели тебя получить.

— Играйте, если больше нечем заняться, — отозвался юноша.

— Пожалуй, самое неприятное тебя уже миновало, — не пожелал умолкнуть охранник. — Кауки и Тиахиу выбыли из игры. Впрочем, есть еще один Род…

— Мне все равно, — ответил, утыкаясь лицом в длинный мех, и понял — сказал неправду. Если Тарра — или его родич — победит и сдержит слово…

Следующий поединок стал самым длинным для Айтли — из тех, что он уже видел. В круг вышел племянник Тарры — и та лианоподобная женщина. Они дошли аж до третьего круга, где участники применяли Силу — и племянник Тарры выиграл. Айтли ощутил невероятную слабость и лишь усилием воли удержался на ногах, когда назвали победителя. Но за столб все же ухватился, мечтая, чтобы слабости его не заметили.

А потом столб словно стал ватным, и ноги, и воздух — в круг вышел еще один человек — и бросил вызов Роду Икуи.

Юноша узнал человека — тот, что появлялся недавно в обиталище Айтли. Очень спокойный и сосредоточенный, ни следа хлещущей через край самоуверенной наглости первых двух бойцов. Люди напротив зашевелились — и в круг ступил Тарра.

— А тот, что выходил раньше? — спросил юноша скорее у себя или столба, чем у охранника, но ответ получил:

— Был один из племянников Тарры. Значит, тот слишком вымотался… или Тарра доверяет только себе. Глянь, Ийа — это же настоящая змея!

Некое чувство товарищество соединило на краткий миг северянина и охранника его — оба с одинаковым напряжением следили за поединком.

Северянин не был совсем уж новичком — и Айтли учили, хотя его оружием были праща и лук. И он видел — противники разные совершенно. Один — гибкий, легкий, подвижный; четкости и грациозности движений его можно было позавидовать. Второй — сильнее физически, проигрывающий в скорости, зато устойчивей — и оборону его пробить было делом тяжким.

Первый бой завершился вничью — Айтли слово бы дал, что противники особо и не старались одержать в нем победу. Оба скорее обозначали собственные возможности, но не сходились всерьез.

Потом гонг ударил во второй раз, гулкий медный звук лизнул и песок, и верхушки деревьев.

В руках у противников блеснули клинки чуть больше ладони длиной.

Южные ножи были похожи на северные, только с небольшой круглой гардой.

Двое в круге мгновенно оказались вовлечены в вихрь, в кольцах которого трудно было уловить все подробности боя.

Судя по сложению и росту, Тарре скорее подошла бы дубина — однако он превосходно отражал все атаки, сам почти не нападая, разве что несколько ложных выпадов позволил себе, сбивая с толку противника. Защита его была непробиваема, и северянин ощутил — противник Тарры начинает терять уверенность. Ему во что бы ни стало хотелось закончить поединок сейчас, не доводя до третьего круга. Естественно, в свою пользу закончить. Ножи взлетали и опускались одновременно — все попытки приблизиться к Тарре разбивались, как о скалу волны.

Айтли ощутил жжение под браслетом — и почти сразу что-то случилось с глазами. Протер их, пытаясь убрать неприятное ощущение, но то никуда не девалось. Вокруг Тарры мерно пульсировало бледно-оранжевое свечение, а над противником полыхало алое пламя, перемежаемое ослепительно-белыми молниями.

«Я вижу!» — возликовал было Айтли, хоть рука болела невероятно — у серебра выросли зубы, и вгрызались в кость. Противник Тарры начал стремительное движение вправо, и в алом сиянии появилась багрово-черная полоса.

— Нет! — крикнул юноша, быстрее Тарры поняв, что означает она. Тарра успел. Не победить — остаться в живых. Качнулся назад, потеряв равновесие. Нож задел его горло — кончиком, и замер.

Победитель остановился, кажется, не дыша, хотя должен был вымотаться. Сияние погасло, черная страшная полоса исчезла. Со стороны человек казался совсем обыкновенным, но света вокруг него сейчас не было вообще.

— Не понимаю, — пробормотал охранник рядом с Айтли. — Что произошло? Почему Тарра отдал победу?