Постоянные заботы и стройка отнимали все время, дни пролетали, как часы.

Им двигали любовь к Элор и желание свободы для ставров. Стас переживал и метался, чувствуя в этой двойственности опасность. Нельзя служить двум господам, нельзя. Что, если, втянув в войну десятки кланов, он проиграет? Стас всегда ненавидел политиков, тех, кто вершил судьбы миллионов. Циничного теоретика Ленина, параноика Гитлера, полубога Мао. Теперь в его власти изменить целый мир. Стоит ли? Станет ли он лучше? Этого Стас не знал, знал только, что цена будет немалой.

— Вождь! Там аллери!

Стас вышел к обрыву. Под ним, у подножия, виднелись фигуры нескольких всадников. Ставры столпились рядом, готовые броситься на незваных гостей, но, похоже, тех было всего четверо. Для нападения маловато. Чего же им надо?

— Сюда они не взойдут. Надо спуститься, — сказал Древоруб, разглядывая пришельцев.

— Кто-нибудь, идемте со мной, — сказал Стас и пошел вниз. — Эй, куда вы все? — крикнул он, видя, как толпа ставров отправилась за ним. — И десятка много. А то испугаются и ускачут…

— Что вам нужно? — спросил он, приблизившись к всадникам.

— У меня послание правительницы Айрин, — возгласил один из них, с трудом сдерживая норовистого боевого единорога. Окованный железом рог выглядел внушительно и грозно.

— Говори.

— Мы хотим, чтобы нам выдали женщину, которая находится в вашем лагере!

Стас напрягся.

— Какую еще женщину?

— Нам доподлинно известно, что она скрывается у вас! Ее имя Элор.

— Зачем она вам? — спросил он как можно спокойнее.

— Она преступница! — заявил всадник. — Она бежала из тюрьмы Ильдорна. Если выдадите ее, королева Айрин простит все, что вы сделали, и дарует вам свободу. Вы сможете жить здесь, как вам хочется.

— Или? — спросил он, уже зная ответ.

— Или вы все умрете! — сказал посол, и ставры угрожающе заворчали. Никто не любит, когда ему угрожают.

— Попробуйте! — сказал Стас. — Один раз попробовали.

— Погоди, Мечедар, — сказал стоявший рядом Лютоглаз. — Почему бы нам не выдать девчонку — и аллери оставят нас в покое? Зачем нам она?

— Я просто им не верю, — сказал Стас. Надо было сказать хоть что-то. Ответить, что Элор дорога лично ему, он не мог. Не поймут. — Мы выдадим ее, а они не сдержат слова! Кто из вас верит аллери?

Его поддержали, но не все. Семя, посеянное аллери, давало всходы.

— Мы не обманываем. Так все и будет, — сказал всадник. — Выдадите Элор — будете жить, нет — умрете. Дадите ответ через час.

Он подал знак остальным, повернул единорога и поскакал.

Ставры вернулись в лагерь, и ультиматум Айрин в мгновение ока стал известен всем. Стас шел по лагерю, слушая, как спорят ставры.

— Выдать ее — и все!

— Зачем она нужна нам?

— Аллери нас обманут!

— А если нет? Что мы теряем?

Никто ничего не терял. Только он. Стас почти бежал к Элор. Вот она. Несколько ставров уже окружили девушку, готовясь вести вниз, едва поступит приказ. Голошкур растерянно озирался. Охранник чертов!

— Отойдите все! — приказал Мечедар. — Я хочу говорить с ней.

Ставры расступились. Элор шагнула к нему:

— Что случилось?

— Айрин прислала послов. Они требуют выдать тебя в обмен на прощение и свободу. Или… война.

— Вот как?

Если она и боялась, то ничем не выдала этого.

— И что вы решили?

— Говорят разное, — признался Стас. — Но будет так, как хочу я. А я тебя не выдам!

Элор слабо улыбнулась:

— Узнаю Айрин. Она хитра. Победить вас, столкнуть без помощи войска.

— А если не выйдет?

— Она не отступит.

Стас кивнул. Да, это так. Запереть в подземелье собственную сестру, убивать, чтобы взять власть, — такая не отступит.

— Видишь, Мечедар, об этом я и говорила. Мне давно надо было уйти, а теперь поздно.

— Мы тебя не выдадим! — процедил он, с ненавистью глядя на гарцующих внизу всадников.

— Спасибо, Мечедар. Я всегда буду помнить все, что ты сделал для меня. Если можешь отпустить меня сейчас — отпусти. Если еще не поздно. Так будет лучше для всех.

— Ставры ждут твоего слова, вождь, — к ним подошел воин. — Тебя ждут.

— Голошкур, что бы ни случилось, никому ее не отдавай! — сказал он молодому ставру. Тот кивнул. — Я сам приду за ней, понял? Сам!