Тишина повисла над лагерем. Элор высказала то, что было на сердце у многих. Каждый второй оставил семью, многие хотели вернуться в кланы, но не могли, зная, что их снова выдадут аллери. Сотни испытывающих глаз смотрели на девушку, и она опустила голову, прижав руки к груди. Она плакала.

— Ты должна сказать правду. Будешь ли ты любить его, как прежде, если он станет изгоем? Да или нет?

Мечедар шумно вздохнул. Никто в лагере не представлял, что сейчас происходило, что от ответа простой, пришедшей издалека и не известной никому девушки зависело очень многое. Зависело будущее этой страны. Если и любовь не разорвет этот круг, то никому не по силам…

Она подняла голову. Две мокрые дорожки проложили путь из ее глаз, исчезая во всхлипывающей пасти.

— Я буду его любить, — промычала она, захлебываясь слезами. — Всегда-а-а…

Ставры торжествующе взвыли, и Стас понял, что никакие законы и предрассудки ни на Земле, нигде в галактике не перевесят эти несколько слов. Старик Крепкорог обнял девушку и плакал вместе с ней.

— Мы пойдем и сделаем это! — кричал кто-то.

— Мы освободим его!

— Теперь я спрошу вас, ставры. — Голос Элор звучал негромко, но все враз утихли. Похоже, ее начинали уважать. — Спросите самих себя: какая разница, будут ли у этого парня рога или нет, если вы уже помогли ему? Кто-то должен сделать первый шаг. Вы — свободные, так сделайте этот шаг первыми!

Простые слова прозвучали как гром, и Стас в восхищении улыбнулся во всю пасть. Он мог говорить много, но сказать так просто, как это сделала Элор…

Элор улыбалась, и Стас с нежностью смотрел на нее. Она выручила его, простым вопросом разрешив давно тлевшие разногласия. Безрогие должны решить. Решить сами, без Мечедара и шаманов. Отвечать на злобу злобой — и остаться отверженными. Или — шагнуть в неведомое.

Глава 15

Снова вдвоем

— Завтра ты уходишь…

— Да, Элор.

— Я буду ждать тебя, Мечедар.

Он молча обнял девушку.

— Я вижу: ты грустишь. Я знаю, это оттого, что ты одна.

— Я не одна…

— Тебе кажется, что ты одна, — мягко поправил Стас. — Не спорь, я это знаю. Здесь нет людей, и тебе тяжело. Но я всегда с тобой, даже когда не рядом.

— Спасибо за заботу, Мечедар, но здесь ты ничего не изменишь. Я довольна уже тем, что живу. И я помню о том, кому обязана жизнью. Береги себя, Мечедар…

Переход занял целый день. Сотня ставров остановилась в лесу у реки и сделала привал. По словам девушки, отсюда до фермы недалеко, и Стас решил дать всем отдых, а атаку начать утром.

Стас знал, как выглядят фермы аллери, помнил охранявших их диковинных птиц. И не забыл, что это фермеры убили Яробора…

Он заглянул себе в душу — и понял: ему не жаль аллери. Не потому, что его держали на цепи, как животное, а дети бросались в него объедками, — Стас не был настолько мстителен. Даже плети надсмотрщика в Ильдорне забылись. Но у каждого в его отряде была своя боль. Стас слышал истории, после которых хотелось идти и рвать людей голыми руками. Он не знал, было ли то пережитком средневековья или особенностью расы аллери, — он знал одно: ставры — не животные и не должны быть рабами! Если аллери не хотят это признать — надо их заставить!

Отправившийся на разведку Лютоглаз вернулся ночью и сообщил, что враг ни о чем не подозревает, но аллери много, гораздо больше, чем ставров.

— Рабы в сарае на окраине. Их охраняют, но, конечно, не думают, что их станут отбивать…

Вспоминая тактику великих воителей Земли и сильные стороны ставров, Стас решил наступать со всех сторон, предварительно окружив селение. Таким образом не дать врагам сплотиться и использовать метательное оружие, которого нет у ставров. Когда все смешается, сила и мощь ставров сыграют свою роль — в рукопашной у аллери нет шансов, а их стрелкам будет трудно взять прицел в таком хаосе.

На том и порешили. Никто из ставров не возражал, после победы над Криммердом все признавали за Мечедаром дар полководца. Единственным, что вызвало разногласия, был призыв Остроклыка убить всех аллери, и Стас был рад, что большинство не согласились с ним.

— Мы идем не убивать, а освобождать, — сказал он. — Эти аллери не воины, а фермеры. К чему убивать их?

— Эти фермеры тоже мучают ставров, заставляют делать самую тяжелую работу, бьют, держат в кандалах! Разве ты этого не знаешь?

Стас мог добавить, что фермеры отрубили голову Яробору. Но не стал.

— Мы будем убивать тех, кто встанет у нас на пути, — сказал он, примиряя спорщиков. Не хватало ссориться перед боем. — Не трогайте ни женщин, ни детей. Они нам не враги и не соперники.

— Они вырастут и станут мстить! — не унимался Остроклык. — Когда убивают дикого зверя, убивают и его детенышей.

— Пока что мы воевали с воинами Айрин. Ты хочешь воевать с целым народом?