— Картер выяснил, что Глен любит ужастики и сто раз смотрел этот фильм, ну, и подумал, что парню понравится. Сработало.

— Умно, — прокомментировала Паркер. — Отличный способ продемонстрировать, что чтение может быть удовольствием; не работой, не учебой или тяжелой повинностью, а удовольствием.

— Да. Картер… знаешь, он такой хороший. — Мак расплылась в улыбке. — Терпеливый и проницательный, и очень добрый без слащавости. Я думаю, что, когда такие люди занимаются тем, для чего рождены, то везет не только им, но и всем вокруг.

— Точно, как с нами. Я искренне верю, что мы рождены для того, чем занимаемся, — добавила Эмма. — Наше дело нечто гораздо большее, чем просто бизнес, как обучение для Картера больше, чем работа. Мы приносим счастье многим людям, однако одна из причин нашего успеха — кроме того, что «эй, мы лучшие!» — это то, что эта работа приносит счастье нам.

— Так выпьем за нас. — Лорел подняла свой бокал. — За счастливых, знойных, сексуально удовлетворенных и просто чертовски классных женщин.

— За это я готова напиться! — воскликнула Мак.

Паркер подняла свой бокал и даже успела сделать один глоток, но тут затрезвонил ее телефон.

— Ой, я выскочу на минутку, принесу кому-нибудь счастье и вернусь.

— Итак, — тихо сказала Мак, как только Паркер вышла из комнаты, — что мы думаем?

— Я думаю, что их сексуальное влечение зашкаливает, — откликнулась Лорел. — И что они сильно зацепили друг друга. Такой мужчина, как Мэл, не потащит на ужин к матери женщину, которая ему не важна.

— Когда мужчине важна мамочка — а Мэлу его мамочка важна, — это большой шаг. Он выводит на новый уровень. — Мак глубокомысленно кивнула. — Если бы Мэл не стремился к новому уровню отношений, то нашел бы способ отговорить мамочку.

— Очень мило, что он нервничает, — добавила Эмма, — значит, действительно Паркер ему важна. Ему важны обе его женщины. Мэл из тех людей, кто не бегает от проблем, а поворачивается к ним лицом. Он сразу предупредил Дела насчет Паркер. А когда у него и Паркер дошло до секса, немедленно прояснил свое отношение к ее деньгам. Он не ходит вокруг да около, выкладывает все начистоту, выгодно это ему или нет. Вряд ли многое может заставить его нервничать.

— Хотите знать мое мнение? — Мак умолкла, размышляя, взять ли еще один ломоть пиццы. — Я вижу двух сильных, уверенных, влюбленных людей, которые стараются не только не наткнуться на подводные камни, но и просчитать риски, предусмотреть последствия. А по существу? Они созданы друг для друга.

— Точно! Я тоже так думаю. — Эмма взглянула на прикрытую дверь. — Но еще рано говорить ей это. Она еще не готова.

— Как и он, — заметила Лорел. — Интересно, кто из них поймет это первым.

Последняя раскрытая карта одарила Мэла очаровательным фулл-хаусом из трех королев и двух восьмерок, и он сорвал банк, разгромив возглавляемый тузом стрит Джека.

— Тебе сегодня чертовски везет, Каванаф.

Складывая столбиком выигранные фишки, Мэл вспомнил Паркер в кладовке, изорванные белые кружева в кармане своих джинсов и подумал: если бы ты только знал, приятель.

— Прихватил с собой удачу, — улыбнулся он и отхлебнул пива.

— Может, поделишься? — Нахмурившись, Род, один из постоянных игроков, бросил на стол свою ставку. — Мне весь вечер приходит одна дрянь.

— Не переживай, вылетишь в следующем круге и сможешь спокойно следить за нашей игрой, — успокоил Дел.

— Ты бесстрастный ублюдок, Браун.

— В покере никаких сердечных привязанностей.

Швырнув в банк свою ставку, Мэл подумал, что за покерным столом Дел действительно безжалостен. Как, вероятно, и в суде, хотя ему лично не приходилось видеть парня за работой. Правда, нельзя не признать, что под бесстрастной маской бушуют иные страсти.

Покерные вечера Дел и Джек устраивали с самого своего знакомства в Йеле, то есть традиция была довольно давней. Большинство тех, кто сейчас сидел за столом, играли вместе годами. Он и Картер последними вступили в клуб. Картер попал сюда через Мак, хотя был знаком с Делом еще в школе.

А что сказать о себе? Мэл не был вполне уверен, разве что они с Делом как-то сразу поладили.

Браун — щедрый, верный и приверженный традициям — отчаянно защищает тех, кто ему дорог, а Паркер ему дороже всех. Интересно, как Брауны отнесутся к тому факту, что Паркер стала Малкому Каванафу дороже, чем он сам мог вообразить. Как вообще он мог представить реакцию Браунов, если не может разобраться в собственных чувствах?

Мэл изучал поведение соперников, свои карты, рассчитывал вероятные сценарии и разыгрывал партию, не прислушиваясь к разговору. Что там может быть интересного? Пустая болтовня, немного бизнеса, неудачные шутки.

Когда Картер открыл очередную карту, Мэл перестроился, поняв, что его шансы уменьшаются. Затем Дел повысил ставку, и Мэл, бросив карты, вновь погрузился в размышления.

Получалось, что у покера и жизни много общего. Играя в карты, ты торгуешься, рассчитываешь шансы, принимаешь то или иное решение. А когда карты дерьмовые, блефуешь, если игра того стоит и если тебе хватает наглости.