— Извините, а вы не скажете, почему это кладбище называется «Селивановским»?

— Скажу, — ответил великан, не переставая махать метлой. — Самого первого тут похоронили купца по фамилии Селиванов. Потому и назвали «Селивановским».

— А вы здесь сторожем работаете?

— И сторожем, и могильщиком, и уборщиком… — перечислил великан.

— И все небось за одну зарплату? — посочувствовал Горохов.

— Верно, — подтвердил великан и достал сигареты. — Надо, пожалуй, перекурить.

Он закурил.

— А вы не знаете, кто посещает могилу со статуей девочки? — вмешался Самокатов.

— Знаю, — сказал великан. — Женщина одна посещает.

— Старая? — спросил Генка.

— Да нет, не старая.

— Молодая? — спросил Макс.

— Да нет, не молодая.

— А какая же? — удивились ребята.

— Средних лет, — ответил великан и, выпустив изо рта дым, добавил: — О-очень симпатичная дамочка.

— А вы не в курсе, где она живет? — наудачу поинтересовался Горохов.

Великан басовито рассмеялся.

— Что, парень, познакомиться хочешь?

Макс хихикнул.

— Да нет. Просто мы поспорили, кто памятник на могиле делал: Врубель или Шишкин. Скажи, Ген?

— Ага, — сказал Генка, ясно понимая, что Горохов сморозил чушь. Врубель с Шишкиным были художниками, а не скульпторами.

Но великан проглотил Максову чушь, даже не поморщившись.

— Без понятия, — пожал он могучими плечами. — Это вам, действительно, надо у Маргариты спросить.

— У какой Маргариты?

— Ну, ее Маргаритой звать.

— Кого?!

— Женщину, которая могилу посещает, — пояснил великан. — Маргарита Курочкина.

— А вы не путаете? Там похоронена Маргарита Курочкина.

— И эту женщину тоже зовут Маргарита Курочкина.

— Она что, сама к себе на могилу ходит? — пошутил Горохов.

Великану шутка понравилась. Он басовито рассмеялся.

— А ведь и правда получается, что она сама к себе ходит. Во хохма!

— Так у вас есть ее адрес? — спросил Самокатов.

— Адреса нет. А телефончик имеется. — Великан подмигнул мальчишкам. — Я у всех красивых дамочек, которые сюда приходят, телефончики беру… А если серьезно, то я около памятника цветник делал, вот и взял телефон на всякий случай. Мало ли что согласовать…

Он достал потрепанную записную книжку и дал ребятам номер телефона.

Друзьям до того не терпелось продолжить расследование, что они в первом же попавшемся киоске «Роспечати» купили таксофонную карту и из первого же таксофона позвонили неведомой Маргарите Курочкиной.

Им ответил мужской голос:

— Школа слушает.

— Позовите, пожалуйста, Курочкину, — попросил Горохов.

— Она в Голландии.

— А когда вернется?

— На следующей неделе.

Макс повесил трубку.

— Она в Голландии, — сообщил он стоящему рядом Самокатову. — Вернется на следующей неделе.

— А с кем ты разговаривал?

— С каким-то мужиком.

— Наверное, с мужем.

— Вряд ли. Он сказал: «Школа слушает».

— Интересно, что это за школа?

— Позвони, узнай.

Генка набрал номер, но после первого же гудка опустил трубку на рычаг.

— Пожалуй, это будет подозрительно.

— Да ты просто спроси, как до них доехать, — посоветовал Горохов.

— Это тоже будет подозрительно.

— А чего тут подозрительного? Ты звонишь в официальное учреждение и спрашиваешь, как до них добраться. Мало ли какие у тебя дела. Давай звякай.

Самокатов вновь набрал номер.

— Школа слушает, — ответил ему тот же мужской голос, что и Максу.

— Извините, а вы по какому адресу находитесь?

— Пятницкая, 13.

— А как до вас доехать?

— Каменный остров, — лаконично объяснил голос. — Через мост, направо.

И зазвучали гудки отбоя.

Мальчишки доехали на метро до станции «Черная речка», перешли Ушаковский мост и свернули направо. В заповедник «Каменный остров». Здесь, за высокими заборами, располагались всевозможные особняки, непонятно кому принадлежащие. В одном из таких особняков и находилась школа. Она тоже была за высоким забором, поверх которого шел провод сигнализации.