— Не знают. Они недавние, может, не успели под­слушать своих?

— Скажи, что сам заподозрил? — прищурился Ка­сьянов.

— Пока это предположение, но вспомните, что и прежде, и теперь наши зэчки из ближних деревень нет-нет, да и убегают домой из зоны. Иногда даже на ночь. На рассвете сами возвращаются. Это ни одна и ни две. В месяц по два-три раза дома отмечаются.

Я не поверю, что охрана не знает о том. Правда, слу­чалось, иногда они приводили беглянок сами. Брали в домах, из семей. Но это случайно. Убегают же по­стоянно. Сомневаюсь, что мимо внимания охраны и со­бак прошли незаметно.

— Надо начальника охраны за жабры взять! Опух что ли от сна?

— Федор Дмитриевич, мне не до смеха! Если я прав в своих подозрениях, охрану зоны придется сме­нить полностью, начиная с начальника! — предупре­дил Платонов.

— Проверь! Я полностью тебе доверяю. Если в чем- то виноватой окажется охрана, заменим ее. Это не проблема! — согласился Касьянов.

Егор, подумав, составил свой план действий. Вече­ром после работы он навестил Галину, совсем недав­но оправданную областным судом.

Женщина встретила Егора настороженно. Что и го­ворить, Платонова в гости никак не ждала. Да и зачем человек к ней пожаловал? Галина внимательно слу­шала и никак не могла взять в толк, что хочет Егор? Чего ему надо от нее?

— Ну, да. Убегала иногда домой.

— Охрана знала о том заранее?

— Если б знали, не пустили б! Они меня из дома вытаскивали силой, от детей забирали! —жаловалась баба.

— А другие как уходили?

— Как и я. Всех с боем возвращали в зону, вздох­нула Галина, вспомнив недавнее.

— Но ведь не всех вот так! Говорят, иные на ночь дома оставались. Это правда?

— Бывало. Они везучие, их не видели, а я попада­лась.

— Как бригадирши на это смотрели?

— Радовались, хоть какая-то дома побыла. Все ж бабы, почти у каждой дети.

— А не платили беглянки охране и бригадирам за побег и прикрытие? — спросил Егор Галину.

— Я не платила. О других не слышала. Сами зна­ете, всякую копейку домой тащила, а в зоне ни с кем не дружила.

— Галя, а те, кто кроме вас убегал домой, часто возвращались с охраной.

— Кто как. Были те, кто не попадался.

— А бригадирша сбегала?

— Нет!—замотала головой.

— Почему? — спросил Егор.

— Не к кому! Да и жила в городе. Далеко. За ночь обернуться не успела б.

— Скажи, а какие у нее были отношения с охра­ной?— спросил Егор.

— Очень плохие. Всегда ругались, а за что и поче­му не знаю.

Так ничего не добившись от Галины, решил чело­век навестить Наташку.

В сумерках он свернул к ее дому, зная, что зверо­воду на ферме в потемках делать нечего.

Егор позвонил в дверь, робея. Ведь прошло полго­да с того времени, как женщина ушла из зоны. Он только сегодня вздумал навестить, да и то не без дела.

В руках коробка конфет и букет цветов. Это все, что скрашивало его визит, придавало характер лично­го. Наталья долго рассматривала в глазок припозднив­шегося гостя.

— Это я, Егор,— сказал негромко.

Дверь распахнулась.

— Это ты?!—отступила на шаг вглубь коридора, глаза округлились.

— Да, я,— шагнул через порог и, закрыв за собою двери, схватил Наташку за руки.— Ждала или нет?

— Не знаю! — все еще не верила в приход Егора и, обняв, никак не хотела отпустить человека хоть на секунду из своих рук.

Они вошли в просторный дом. Здесь было сумрачно и тихо. Где-то в часах шепотом прокуковала кукушка.

— Раздевайся,— повесила шинель на вешалку.— Как долго я ждала тебя, Егорушка! — подошла совсем близко, заглянула в глаза,— почему не приходил?

— Очень много работы было!

— А я? По мне скучал?

— Если б не думал о тебе, не пришел бы.

— Редко вспоминал,— пробежала по лицу еле при­метная тучка.

— Часто думал, Наташ! Да сам себя боялся.

— Чего так? — удивилась женщина искренне.