— Голову боялся потерять. Ведь ты такая! Увидишь тебя и немеешь...

— Егор, не надо слов,— поцеловала человека.

Платонов почувствовал как из-под ног уходит земля.

— Наташка, радость моя!—забыл, зачем появил­ся здесь. О причине визита и не вспомнил.— Ната­шенька, какая ты красивая! Самая лучшая на земле,— ласкал женщину.

Та с радостью покорилась человеку. Лишь под утро сели выпить по чашке кофе. Женщина села рядом, и Егор вспомнил:

— Наташ, а ты из зоны домой убегала?

— Нет, здесь никто меня не ждал.

— А другие как-то уходили!

— Их ждали, а потом вовсе ни как-то. Только за навар!

— За деньги? — уточнил Егор.

— Всякое было. В зоне воруют не меньше, чем на воле, усмехнулась коротко.

— Кто?

— Да та же охрана! Они за месяц имеют больше начальника зоны. Тот Федя «лопухи» развесил, а его как лоха вокруг носа водят. Ну, неужели ты поверил, что бабы в деревни смывались на халяву?

— Они так говорили!

— Стемнили. За «бабки» отпускали, по таксе.

— И какая она была?

— Две штуки за ночь с бабы, но чтоб до рассвета уже в барак нарисовалась. А если на три часа, то штукой обходились. Только не все охранницы, двое, с кем можно было о том поговорить.

— А другие не соглашались?

— У них такса была высокая.

— Какая?

— Два костюма из сшитых. Прямо с конвейера. Это за два-три часа. Иные соглашались. Бугриха разборки устраивала таким, но все равно в конце месяца много не хватало. Эту недостачу приходилось покрывать всем. От того базарили, махались, потому и я из цеха ушла. Охота мне было на других пахать? Они к му­жикам, к хахалям, к детям и родителям смывались, а я никуда не дергалась. А если так, то никому и не должна. А за недостачу материала с меня тоже высчи­тывали. Вот и цеплялись друг в дружку!

— Кто из охранниц брал деньги? — спросил Егор.

— Двое их. Одну, знаю, зовут Полиной. Вторую называли Майкой. Они костюмы не брали. Только деньги.

— А зачем охранницам костюмы? Да еще воен­ные? — изумился Егор.

— Мужикам для охоты и рыбалки. Им цены нет! Ноские и не промокают. У нас они брали за дешево, а загоняли много дороже. Весь город одели. Все охот­ники в них. Даже звероводы наши те костюмы купили. Теперь строители, дачники приспособились. Весь мор- порт их носит и хвалит. За месяц не меньше двух де­сятков костюмов охранницы уносят от зэчек.

— Наташ, если б знала, как помогла мне! —цело­вал женщину.

Она проводила его утром и сказала:

— Приходи! Не забывай! Может, еще что-нибудь вспомним?

— Обязательно буду на выходных! — поцеловал Наташку в коридоре и предупредил,— может, припоз­даю, может, ближе к ночи, но непременно буду.

Платонов тут же рассказал Касьянову обо всем, что узнал. Тот сидел, подавившись воздухом. Лицо по­краснело.

— Федор Дмитриевич, я их накрою. Успокойся! Всех отловим! — пообещал Егор.

— И это в моей зоне творится?! Да я головы скру­чу всем! А первому — начальнику охраны. В рядовые — за воровство! И без пенсии оставлю гниду! — взялся за телефон.

Но Егор остановил:

— Поймать сначала надо!

— Попадется, дышать не дам! — заходил по каби­нету.— Ишь, мразь присосалась! Даже тут, в зоне свой навар сыскала всякая мандашня,— стал к окну, впил­ся пальцами в подоконник.— Неужели все сволочи? — пытался брать себя в руки, но это плохо ему удава­лось.— Теперь нужно придумать, как проконтролиро­вать выход готовой продукции на конвейере?

— Прямо на складе отмерять материал по нормам. Сколько идет на костюм? И ни сантиметра в запас. Потом готовое обсчитать на втором складе. Чуть не хватило — бригадиршу за шиворот. Если сошлется на брак, предъяви, сдай! Пусть оперативники этим зай­мутся!

— А деньги как проверим? — спросил Касьянов.

— Только проследить. Имена поборщиц нам изве­стны. Их всего двое. Перед концом рабочего дня об­шмонать обоих в кабинете.

— А если скажут, что свои? — повернулся Федор Дмитриевич к Егору.

— Зачем на работе деньги? В киоске охрана ниче­го не покупает. Пожрать из дома приносят. Обедают в бытовке своими харчами, не раз видел.

— А если скажет, что долг вернули?

— Сразу обоим? Ладно! Должников тряхнем. Нам не привыкать,— рассмеялся Егор.

Уже через неделю обоих охранниц сразу после де­журства привели к Егору.

— В чем дело? Почему оперативники не дали нам переодеться? Схватили как зэчек и повели, не позво­ляя переговариваться и оглянуться? Мы — охранницы, а не зэчки. Не стоит путать! В чем провинились, рабо­тая в зоне столько лет, что сопливые пацаны взяли нас под конвой? Такое даром не сойдет никому! Хотя бы и вам, Платонов! Мы на всех найдем намордник! — орала Полина.