На утренней заре, подойдя к острову Формигаш в восточной части архипелага, лодка всплыла и, следуя малым ходом, вошла в небольшую, закрытую со стороны моря лагуну. Там, сделав необходимые промеры и убедившись в возможности стоянки, она отдала якорь и на берег съехала первая группа моряков во главе с Вернером.

– Красивые места, - произнес Росс, оглядывая в бинокль золотистый песчаный пляж и примыкающие к нему густые зеленые заросли.

– Да, - согласился, щурясь от солнца Лемке. - В штурманской лоции указано, что еще в пятом веке здесь побывали наши пращуры - викинги, а затем Христофор Колумб. Заливы архипелага идеальное место для стоянки кораблей и выхода в открытый океан. Однако меня больше интересует, насколько этот остров безлюден и есть ли на нем пресная вода. Та, что осталась у нас, никуда не годится.

Отправленная на остров шлюпка вернулась спустя час, и Вернер доложил командиру о том, что остров необитаем, а в дальнем конце лагуны, у скал, в нее впадает небольшой ручей с пресной водой.

– Отлично, Макс, - сказал Лемке.
– Немедленно спустите все шлюпки, посадите на нее людей и организуйте доставку воды на корабль. Штурман!
– нагнулся он к переговорной трубе.

– Есть, - глухо донеслось из нее.

– Комендоров наверх!

Спустя мгновение, по вертикальному трапу в надстройку поднялось отделение комендоров во главе с фельдфебелем и по знаку командира, спустившись на палубу, споро привело в боевую готовность носовую пушку. То же самое боцман проделал с установленным на турели в рубке, зенитным пулеметом.

Убедившись, что необходимые меры безопасности приняты, Лемке разрешил всем свободным от вахты, выход наверх. Спустя полчаса, два десятка мертвенно бледных, заросших бородами моряков, усевшись на палубу, с удовольствием принимали солнечные ванны.

В это же время, вооружив еще две шлюпки и посадив в них команды, Вернер отправился в сторону скал.

– Капитан! - воскликнул наблюдавший за ними Росс, - ваши парни забыли емкости.

– Не беспокойтесь, полковник, все в порядке, - рассмеялся Лемке. - На берегу они вымоют шлюпки, наполнят их водой и отбуксируют к кораблю. А здесь мы перекачаем ее помпой на лодку. Как только шлюпки вернутся, берите с собой Торриани и съезжайте на берег. Рядом с пляжем, под теми кедрами, - указал Лемке на два высоких раскидистых дерева,- мы организуем временную стоянку для отдыха команды.

Всю первую половину дня, между субмариной и берегом курсировали шлюпки, а под густыми кронами деревьев, обустраивался бивак. В обед, съехавший на берег кок приготовил для моряков суп и жаркое из пойманной на берегу громадной черепахи и, подкрепившись, все уснули в построенных на скорую руку шалашах.

Вечером отдохнувшие люди вернулись на лодку, сменив несших там вахту товарищей. Нежданный отдых продлился четверо суток, и за это время команда немного отдохнула и оправилась от долгого плавания. Все дни, свободные от вахт моряки купались в голубых водах лагуны, нежились под лучами палящего солнца, ловили рыбу и лакомились найденными в лесу экзотическими фруктами.

Утром пятого дня лодка снялась с якоря и вышла из лагуны в открытый океан. Поздней ночью, выйдя в заданный район, она всплыла и легла в дрейф, поджидая лодку снабжения. В обусловленное время та не пришла, и перед рассветом Лемке приказал лечь на грунт, объявив режим тишины. На корабле были выключены вспомогательные механизмы, и все свободные от вахты погрузились в сон.

На следующую ночь снова всплыли и через несколько часов встретились с «дойной коровой». Обменявшись обусловленными сигналами, корабли встали борт к борту и команды, вооружив топливные рукава, занялись перекачкой соляра с корабля снабжения на лодку Лемке. Туда же швартовыми командами субмарин было загружено немного продуктов и несколько пачек относительно свежих газет и журналов.

Все это время командиры лодок стояли на носовой надстройке и, дымя сигаретами, обменивались новостями.

 Когда приемка топлива была закончена, Лемке простился со своим коллегой и отшвартовавшись друг от друга, корабли разошлись в разные стороны. Один - курсом в Европу, второй - в Южную Атлантику.

Теперь, имея на борту восстановившую силы команду, а также необходимые запасы топлива, пресной воды и продуктов, капитан-лейтенант был не прочь встретиться с противником. Благо его счет в этом походе был невелик - всего один утопленный пароход и самоходная баржа, а на борту имелся еще достаточный запас торпед.

 Удача сопутствовала Лемке и через трое суток, в Бискайском заливе, гидроакустик лодки услышал неясные шумы винтов движущихся параллельным курсом судов.

Объявив боевую тревогу, капитан-лейтенант приказал идти на сближение с ними, и когда цели были классифицированы, поднял перископ. В пяти кабельтовых справа по курсу двигалось достаточно крупное судно в сопровождении эсминца. На его надстройке отчетливо различались красные кресты, а на корме реял флаг метрополии.

– Приготовить носовые торпедные аппараты к выстрелу!
– приказал Лемке, покрепче уцепившись за рукояти перископа. Когда силуэт судна заполнил собою визир, последовала команда - «пли!», и субмарина легко вздрогнула от вышедших из труб аппаратов торпед.

На десятой секунде в центральной части судна прогремели два гулких взрыва, в воздух взметнулись громадные фонтаны воды и, кренясь на левый борт, оно стало быстро погружаться в океан.

– Лево тридцать, полный вперед!
– скомандовал, опуская перископ Лемке, и лодка отвернула в сторону.