Оля задумчиво кивнула.

– А когда вы приехали домой, там никого не было?

– Вроде нет, – растерянно пробормотал Николаев. – У домработницы был отгул… Дети на каникулах, на море. Больше никого. Я ведь специально так подгадал.

– Дайте, пожалуйста, руку.

– А это еще зачем? – удивился Анатолий. – Прямо какое-то мракобесие…

– Дай, – рявкнула Валентина так строго, что он не посмел спорить.

Незадачливому бухгалтеру оставалось только подчиниться.

Первое время образы не приходили. Закрыв глаза и сосредоточившись, Оля ощутила знакомое покалывание в кончиках пальцев – так всегда было, когда пропавшая вещь как-то указывала на себя, перед глазами замелькали неясные образы… И среди них отчетливо проявилось лицо человека, которого она тут же узнала.

Девушка вскрикнула и с трудом разомкнула веки.

– Ну, что там? – сгорая от нетерпения, выпалила Валентина.

– Кажется, я знаю, кто украл деньги, – выдохнула девушка, – но вам это может не понравиться.

Обратно ехали молча, Валентина что-то судорожно просчитывала в уме, наморщив лоб. Было видно, что у Ивана на языке вертится миллион вопросов, но он ни о чем не смел спрашивать, только каждые несколько минут нервно оборачивался на заднее сиденье, где сидели Николаева с Олей.

– За дорогой смотри, – наконец осадила его женщина, – шею свернешь.

Иван обиженно отвернулся, даже по его спине было заметно, что он в негодовании.

Анатолия решили на всякий случай оставить пока в Детково, ведь то, что сказала Оля, надо было еще проверить, а за домом в Москве могли следить. Попетляв по городу и сделав почти круг по Садовому кольцу, автомобиль, наконец, въехал во двор дома Николаевых.

Валентина одним махом взбежала на третий этаж и, отчаянно пытаясь унять дрожь в пальцах, вставила ключ в замочную скважину.

В квартире по первому впечатлению было тихо, но, прислушавшись, можно было различить неясное движение. Валентина немного постояла, опершись рукой о вешалку и успокаивая дыхание, потом решительно бросила Оле:

– Вперед. – И они вошли в столовую.

Валерий сидел, развалившись в кресле, в руках у него была рюмка. Увидев сестру, он широко улыбнулся. На Олю же, которая жалась к дверному косяку, не решаясь войти, он едва взглянул.

– Ну, здравствуй. – Валентина, как будто успокоившись, обрела свое обычное уверенное выражение лица.

– О, нашлась. – Он поднялся и вальяжно обошел широкий стол, покрытый бархатной скатертью, небрежно закурил папиросу, бросив спичку в пепельницу. – Какая неожиданность. Ты куда запропастилась? Тебя по всей Москве с собаками ищут.

– Ничего, пусть поищут, – отрывисто произнесла Николаева. – А что тут делаешь ты?

Валерий слегка замялся, потом сказал:

– Меня домработница впустила.

– Я спрашиваю, не как ты вошел, а что ты тут делаешь.

Брат Валентины на этот раз заметно растерялся, но довольно скоро нашелся с ответом:

– Да тебя решил навестить, – ухмыльнулся он.

– С чего это вдруг? Тебе всегда было наплевать на меня и на мои проблемы, – плаксивым голосом заявила Валентина, садясь в кресло. Внезапно слезы брызнули из ее глаз. – У меня муж пропал, я его по всей Москве ищу, все ноги стерла. Жизнь моя рушится, а тебе все равно. А теперь еще и это…

– Ну что такое опять?

– У нас жуткие неприятности, – прошептала она, сделав страшное лицо. – Оказывается, Анатолий исчез вместе с крупной суммой денег. Ты даже не представляешь, Валера, ты не представляешь, что это такое! Это конец! Мы будем семьей врага народа! – Эту фразу она закончила, уже перейдя на настоящий рев.

Валерий изменился в лице, побледнел, тут же затушил сигарету, подбежал к сестре и повернул ее лицом к себе.

– Как это могло произойти? Как? Ты понимаешь, что он всех нас под монастырь подведет?

Валентина кивала, размазывая тушь по щекам.

– Он должен что-то сделать, ты знаешь, где он? – внимательно вглядываясь в сестру, спросил Валерий.

Валентина неопределенно мотнула головой.

– У него есть только один путь, он должен поступить как честный человек. Тогда, может, хоть нас не заклеймят этим позорным клеймом…

– Как? – в изумлении спросила Валентина.

– Ну, как обычно делают растратчики, – он равнодушно пожал плечами, – если не хочет думать о себе, пусть подумает о детях. Пистолет, пуля в лоб…

– Ну, это если он украл, – вдруг холодно и спокойно заметила женщина.

– Ну конечно, а кто же еще? – изумился Валерий.

– А ты знаешь, – вот эта девушка, – Николаева ткнула пальцем в Олю, – сказала, что деньги украл ты. А так как она нашла Анатолия, то у меня нет оснований ей не верить. У себя в деревне эта малышка все время находила пропавшие вещи.