— Ну, что случилось нового у знакомых? Говорят, что банк Джорджа Бэктона откомандировал его в Гонконг, а Кэрол Бэйкер обручилась.

— А вы?

— Я? Откуда у вас такая идея? — спросил он, подняв брови.

— Мои тетушки говорили…

— Конечно, кто же еще?

Оба засмеялись, и сразу почувствовали себя такими же близкими друг другу, как два года назад.

Лаура вздохнула с облегчением и откинулась на спинку кресла, положив на подлокотники руки с розовыми раковинками наманикюренных ногтей. «Хоть бы побыть еще с ним рядом, только бы не зазвонил дверной звонок», — думала она, улыбаясь Френсису. Он смотрел на нее, глаза в глаза, и она видела, что он находит ее красавицей.

— Ты… — начал он, но тут зазвонил звонок.

— Ох, проклятье, это они! — вскричала Лаура. Френсис пошел открывать дверь, ворвался свежий ветер и шум голосов. Явилась вся компания — Джини с Риком, Цисси с Фредом и Хэнк — с букетом цветов, которые Лаура приколола к корсажу — к счастью, цветы были белые.

Она наскоро представила своих шумных и веселых приятелей Френсису и стала надевать пальто. Как странно, впервые в жизни они оба испытывали друг с другом какую-то неловкость, вдруг застеснявшись, словно дети. С Лауры словно ветром сдуло ее кокетливость и самоуверенность, она глядела на Френсиса робким взглядом.

Френсис посмотрел на юношей, таких же высоких, как он сам, справился с собой и сверкнул улыбкой.

— Ну, что ж, веселитесь, детишки! — сказал он. — А вы, Лаура, передайте своим тетям извинения, что я их не застал. К сожалению, я не могу повторить визит, завтра я еду с отцом к родственникам за город, а потом сразу уезжаю. Так что пожелайте мне всего наилучшего, ладно?

Все расселись по машинам, и Лаура увидела, как Френсис идет по лужайке к своему дому.

— Красивый парень. Кто он? — спросила Джини.

— Друг семьи, сосед, — ответила она с запинкой.

— Красивый! Черт побери, Джини, да он же старый! — захохотал плосконосый толстощекий Фред.

— Вовсе он не выглядит старым, — возразила Джини. — Кто же он, Лаура?

— Я же сказала, — сосед, — ответила она досадливо.

«Веселитесь, детишки!» — сказал он, а смотрел на нее так, как будто хотел сказать ей что-то важное для них обоих. И она, может быть, никогда не узнает, что он хотел сказать. Два года он проведет вдали от нее. А может быть, совсем не вернется.

Она мечтала о нем. На вечеринках юноши срывали у нее поцелуи, а она мечтала о поцелуях Френсиса.

«Время… Как быстро оно пролетело!» — думала Лаура, глядя на лепной фриз. Прабабушка пожелала, чтобы в узор были включены роза — символ Англии и чертополох — символ Шотландии, но отец, ирландец, добился, чтобы они были помещены по углам, малозаметно. «Старые страсти, старые боли», — рассеянно подумала она. Френсису теперь за пятьдесят. Как-то он выглядит? Говорят, он знаменитый врач в Нью-Йорке, исследователь, ученый… Соседи говорили: — «Мы получили рождественское поздравление от Френсиса Элкота. Как же, не забывает, что мы были друзьями старого доктора, его отца. А вы получили открытку?»

Нет, она много лет ничего не получала.

Лаура поступила на музыкальное отделение университета в другом конце штата. Тетки испытали облегчение, узнав, что в консерваторию она не попала. Все-таки ближе к дому.

— Ты должна приезжать два раза в неделю, Лаура. Тебе легче и приятнее приехать домой, чем нам добраться к тебе, и в большом городе мы будем чувствовать себя неуютно. А тебе приятно будет побывать дома. Но мы, конечно, тоже будем приезжать.

Для многих девушек, впервые вырвавшихся из дома, такая назойливая любовь была бы обременительна, но Лаура, балованное дитя своих теток с трехлетнего возраста, хранила для них бесконечный запас снисходительности. Когда она приезжала, тетки щедро делились с ней новостями, — они каким-то чудом знали обо всем, что происходило в городке.

— У Кэрол Бэйкер была роскошная свадьба! Десять подружек, с ума сойти. Конечно, она не стала дожидаться Френсиса Элкота. Да он, наверное, и не женится никогда! И на одном месте не осядет.

Старые девы почему-то особенно интересовались жизнью и брачными перспективами Френсиса.

— Элкоты вернулись из Калифорнии. Но Френсис, он всегда из ряда вон. Затеял поездку в Индию, на год или два, для своих исследований. И он посылает тебе подарок, Лаура. Книги, сказал доктор Элкот.

Книги прибыли. Это были жизнеописания Моцарта и Бетховена с запиской.

«Я люблю рыться в книгах, и вот в одном книжном магазине мне попались эти. Я непрестанно думаю обо всей вашей семье. А я живу чудесно, у меня здесь много друзей, климат превосходный. Работа идет хорошо. Дорогая Лаура, я надеюсь, что у вас тоже все хорошо».