"Психолог, мать вашу", - пробурчала я сама себе, хлопаясь пятой точкой на холодный металл.
– "Это не страх, чтоб ты знал, это ненависть... Но, эмоции свои, действительно, нужно контролировать, Ветвяна Полунич"...

Конечно, я не героиня романа про лишенную недостатков и сомнений воительницу. Умом, да и всем остальным не вышла. И хочу я в этой своей новой жизни не подвигов вселенского размаха, а простого женского счастья с любимым человеком и семьей, живущей в душевном покое. Но, раз уж так сложилось, то приходится довольствоваться тем, что в голове имеется. И ненависть свою превратить в решимость. Тем более что она мне в скором времени очень даже понадобится... Ведь, судя по всему, в силу вступает "наихудшее развитие событий"...

Постепенно серые краски окружающего мира стали расплываться и факелы, мерцающие по стенам, хороводом пустились вокруг меня, увлекая в свой странный танец стоящих поодаль наемников и мага, разговаривающего с пожилым мужчиной. Я еще смогла его узнать, всплывшего из памяти Олеса и ставшего частью уже моих воспоминаний. Дус, так его зовут. Он что-то тихо спросил у улыбающегося Марцина, а потом подошел ко мне:

– Она нас слышит?

– По всей видимости, нет. Я над ней усиленно поработал. Бедняжка так трусила, - нараспев произнес маг.

– Не нравится, мне вся эта суета вокруг их семейки, - еще раз высказал свое мнение деловой партнер мага.
– После выгула пусть ее приведут ко мне. Надо выяснить, откуда она на нас вышла. Да не расшаркивайся так перед этой...

Он еще что-то настойчиво внушал Марцину, но и звуки, вскоре покинули мой, вдруг ставший пустым и холодным мир. Я, наконец-то, смогла расслабиться и на время окончательно выпала из реальности...

– Ветвяна, вставай, - потянул меня за руку Танас.
– Уже все. Сейчас мы поедим у себя и потом пойдем на прогулку. Я тебе покажу красивое место, где солнце похоже на факел. Вставай, - нетерпеливо провел он мне по щеке своей холодной ладошкой.

Я открыла глаза и увидела стоящих в ожидании женщин, Натэю, застывшую сбоку от меня с тоскливым выражением на лице... Весь извращенный процесс, действительно был уже закончен. И передо мной сейчас склонился мой маленький племянник, бледный, с темными кругами под глазами, но улыбающийся во весь рот.

– Я сейчас, - уверенно взмахнула я рукой, но жест этот получился каким-то корявым. Потом попыталась встать, но голова, вдруг, закружилась, напомнив уже испытанные когда-то похожие ощущения.
– Ничего, это пройдет, я знаю, - выровняла я спину и сделала первый шаг.

– Конечно, пройдет, - подтвердила Натэя, подхватывая меня под локоть.
– И уже совсем скоро. Ты только постарайся смотреть, куда ступаешь, а то здесь пол неровный.

Вот так мы и двинулись в обратный путь: впереди Барна и Зуза, потом я с поддержкой в виде насупленной сестры, а следом за нами Танасик с петляющей меж его ног Манефой, весьма довольной, что сторожевая вахта ее закончена и можно вновь размять свои мохнатые лапки.

Обед же наш прошел в полном молчании, если не считать кашель из-за нашей закрытой двери и выкрики, следующие перед ним: "Эй, вы, поторапливайтесь, здесь вам не столичная ресторация!". Я, к этому моменту уже могла попасть ложкой по назначению, всего-то промахнувшись раза два и, наконец, не выдержав хамства, набрала в грудь воздуха:

– Ветвяна, - видя такое дело, захлопнула мне ладонью рот сестра.
– Даже не думай связываться с этой сволочью.

– А он что, не обязан быть с нами хотя бы, вежливым?
– округлила я на нее глаза.

– А ты вообще, соображаешь, где ты находишься?
– постучав себя для наглядности по лбу, прошипела Натэя.
– Ешь, давай, а то не успеешь до начала выгула.

– Соображаю, - в ответ уткнулась я в свою тарелку...

И "трапезу" закончила, кстати, раньше всех. А потом, углубившись в собственные мысли, уселась на лавку. Но, вскоре, дверь распахнулась и вместе с порывом ветра, на пороге возник грузный Буча:

– Пошевеливайтесь на свободу, - криво усмехнувшись, отошел он в сторону.

– Ну, если вы настаиваете, - многозначительно пропела я и первой свернула направо, к свежему воздуху и дневному свету, ждущему в конце темного коридора.

И, опять же первой, мне на левой руке был надежно защелкнут металлический браслет, через увесистую цепь, закрепленный к горной породе. А потом, также по одному, Буча стал выпускать остальных пленников, пока я оглядывалась по сторонам, определяя собственную диспозицию.

Выступ в горе, на котором нас выгуливали, и в правду напоминал балкон, по форме своей очень близкий к полукругу и метра три в радиусе. Но, перила здесь начисто отсутствовали, потому что длины цепи максимум, хватало на то, чтобы носком ноги дотянуться до его края. А, немного позже, я с удивлением осознала, что скрывает нас от внешнего мира на этом открытом пространстве, наведенная очень умело, иллюзия целостности. То есть, находясь вот здесь, в непосредственной близости к бору, даже имея возможность рассмотреть сейчас древние каменные ворота на самом его краю, мы остаемся практически невидимыми через эту самую иллюзорную горную "стену". "Вашу бы фантазию и прокуратские навыки, господин Марцин, да в мирных целях", - покачала я головой, вглядываясь в едва заметную с такого близкого расстояния псевдогору вокруг балкона.
– "Надеюсь, эта гадость не станет для меня помехой"...