Вскоре, закрепили последнюю из нас, Зузу, и охранник со вздохом облегчения уселся на шаткий табурет, стоящий сбоку от двери. Выгул начался... А продлиться он должен был часа два... Я же шлепнулась прямо на пол немного в стороне от остальных и, прислушиваясь к своему состоянию, наблюдала за тем, как Танас играет с котенком:

– Ветвяна, смотри, как Манефа умеет танцевать, - щелкал он пальцами в воздухе, вызывая тем самым бурную реакцию питомицы. Она вставала на задние лапки и пыталась передними поймать мелькающую прямо над самым ее носом руку "хореографа".
– А солнце, похожее на факел еще рано показывать. Это потом... Ай!
– отвлекся и был тут же наказан острыми коготками подпрыгнувшего особо метко котенка.

– К тебе можно?
– услышала я высоко над собой осторожный голос сестры.

– Конечно. Зачем спрашиваешь?

– Не знаю, - усевшись по удобнее, скривилась Натэя.
– Я думала, ты на меня обиделась за то, что было за столом.

– Оказывается, не одна я способна говорить глупости, - боднула я ее плечом.
– Как я могу на тебя обижаться? Ты здесь ориентируешься лучше меня, да и отвечаешь сразу за двоих... Отвечала. А теперь взвалила на себя еще и заботу обо мне... Дай ка, я тебя получше рассмотрю при нормальном освещении, - поправила я прядь ее русых волос, выбившуюся из косы.
– Какая ты красавица у нас. И на бабушку больше похожа, чем я, - добавила с видимым облегчением.

– Красавица, - одними уголками губ, улыбнулась Натэя.
– Мне так всегда Олес говорил, милая и... красавица моя, - опустила она глаза.
– Танас - вылитый он. Только глаза наши, фамильные.

– Глаза наши. И нос тоже наш. А вот губы точно, как у Олеса...
– произнесла я и тут же, смолкла.

– Губы?
– недоуменно повторила за мной девушка.
– Откуда ты знаешь? Ты что...

Отступать было некуда и, обхватив голову сестры руками, я прижала ее лоб к своему. Потом, как можно медленнее и очень тихо произнесла:

– Послушай меня внимательно и постарайся сохранять спокойствие. С Олесом все в порядке. Он сейчас в нашем доме в Медянске, куда мы, все вместе очень скоро вернемся. Только, мне будет нужна твоя помощь. Ты согласна мне помочь?
– еще сильнее сжала я голову Натэи, попытавшуюся от меня вырваться.
– Что ты молчишь?

Девушка задышала, хватая ртом воздух:

– Он жив?
– брызнула в меня скатившейся на губы слезой.
– Ты меня не обманываешь?

– Нет. Это правда. Я недавно его нашла совсем не далеко от Медянска. А потом мой друг его вызволил от... Но, это все потом. Олес сам вам все расскажет. Ты мне сейчас ответь: ты согласна мне помочь?
– продолжила я настаивать на своем.

– Да, - закивала она головой, - Да, конечно... Только, расскажи мне, что ты придумала.

– Эй, подружки, о чем это вы там сплетничаете?
– заинтересовался, совсем не вовремя нашим разговором охранник.
– А ну, давай, по разным сторонам, бабье семя.

Но, ответить ему я не успела и даже рот для этой цели открыть, потому что, в следующий миг к нам, из коридора вывалился еще один наемник, изрядно запыхавшийся, и, нашарив прищуренными на дневной свет глазами, Бучу выпалил:

– Давай всех обратно! Над южным склоном куриц засекли. Наши все уже на выходе. Тебе помочь отцепить?
– кивнул он в сторону натянутой прямо перед дверью цепи Барны.

– Не надо, - кряхтя, привстал мужик со своего табурета.
– Я сам управлюсь, - а когда тот, хмыкнув, вновь исчез, философски изрек.
– И чего я там забыл, на этом южном склоне? Пусть молодые торопятся мечи тупить. Подымайтесь, прогулка закончена.

– Закончена, так закончена, - медленно проговорила я и опустила руки, лишь шепнув Натэе перед этим.
– Будь готова.

А потом подошла к Буче и протянула ему свою левую руку. Охранник, порывшись в кармане куртки, вытянул оттуда небольшую связку ключей на разлохмаченной веревке, и через несколько секунд освободил меня от наручника:

– Пошли, - кашлянул глухо и повернулся ко мне спиной, первым направляясь к двери...

Дальнейшие события стали разворачиваться, как в каком-то тумане, создавая впечатление, что участвую в них не я, а кто-то другой. И кто-то другой сзади набросил на шею мужика свою, уже свободную цепь. А потом, кто-то другой повис на нем, пытаясь эту цепь затянуть как можно туже. И из этого гулкого тумана меня вырвал лишь истошный вопль Зузы, застывшей на другой стороне балкона:

– Что ты делаешь?! Нас же всех теперь убьют! Отпусти его, дурная девка!

– Натэя, - прохрипела я от натуги, из последних сил удерживая ревущего в ярости Бучу.
– Помоги мне его вырубить, но он мне еще нужен живой.

Девушка подскочила к нему спереди и в нерешительности застыла, примериваясь, куда бы и чем бы двинуть.

– Натэя, мать твою!
– заорала я не хуже Зузы.
– Давай!

И она дала... самым проверенным женским способом - аккуратно между ног отчаянно пытающегося меня сбросить охранника. А когда тот рухнул на колени, добавила сверху сомкнутыми в один большой кулак руками по затылку, едва не задев меня. Буча дернулся пару раз и затих, уткнувшись лбом в каменный пол балкона.