- Два ордена за один день?

 - Точно!

 - Эх, меня там не было! – с сожалением выдохнул Николай. – До сих пор только одна медалька на груди…

 - Успеешь ещё! – успокоил друга Шелехов.

 В январе 1945 года 383-я «шахтёрская» стрелковая дивизия была включена в состав 33-й армии Первого Белорусского фронта. В составе этой армии дивизия воевала в Польше и Германии, форсировала реку Одер. В начале мая 1945 года дивизия вела ожесточённые бои за Берлин.

 Накануне перехода на территорию Рейха, в войска приехали агитаторы. Некоторые в больших чинах, но их призывы не отличались разнообразием:

 - Смерть за смерть!!! Кровь за кровь!!!.. Не забудем!!! Не простим!!! Отомстим!!!

 Получился нацизм наоборот. Правда, те безобразничали по плану: сеть гетто, система лагерей. Учёт и составление списков награбленного. Реестр наказаний, плановые расстрелы. У русских всё пошло стихийно, по-славянски.

 - Бей, ребята, жги, глуши!.. Порти ихних баб! – подзадоривали друг друга красноармейцы.

 - Война всё спишет…

 Перед наступлением войска обильно снабдили водкой и объявили приказ: «Каждый красноармеец имеет право послать раз в месяц посылку домой весом в двенадцать килограммов».

 Потом уже опомнились, да поздно было: чёрт вылетел из бутылки. Добрые, ласковые и смирные русские мужики превратились в чудовищ.

 - Они страшны в одиночку, - рассуждали немецкие обыватели, - а в стаде стали такими, что и описать невозможно!

 - Одним словом – варвары!

 … «Шахтёрская» дивизия начали наступление на Берлин со знаменитого Кюстринского плацдарма на Одере. Артподготовка была невиданная, грандиозной разрушительной силы, затопившая морем огня и осколков немецкие позиции. Такой мощи советская армия ещё никогда не сосредотачивала в одном сражении и не обрушивала на головы противника.

 - И все-таки они сопротивляются. – Удивился Сафонов.

 - Неужели надеются отбиться? – пожал плечами Петя.

 После прорыва вражеской обороны друзья увидели на одной высотке несколько сотен сгоревших танков. Оказывается, немецкое командование посадило в ямки на склонах высоты полк «фольксштурма» - стариков и мальчишек с фаустпатронами. Это воинство погибло, но уничтожило уйму советских танков, задержав вражеское наступление.

 - Кровушка русская по-прежнему льётся рекою. – Посмотрев на поле смерти, сказал Макар.

 - Просто привыкли не считаться с потерями. – Шелехов имел больший, чем собеседники воинский опыт.
– Только трупы теперь не скапливались в одном месте, а равномерно распределялись по Германии по мере нашего быстрого продвижения вперёд.

 К тому же погибших тотчас хоронили. За четыре года войны наладили многое, в том числе и похоронную службу…

 - Конечно, война - это состязание, в котором участники соревнуются, кто кого скорей перебьёт.

 - В конце концов, мы перебьём немцев, - сказал Николай, - но своих, при этом, увы, потеряем в несколько раз больше.

 - Такова цена нашей великой победы!

 Петю с удовольствием посмотрел вокруг. Его восхищал расцвет природы в эти апрельские дни. Вместе с лепестками цветов ветер разносил по улице белый пух. Он, как первый снег, устилал тротуары. То был пух из немецких перин, которые победители вспарывали ножами и выбрасывали из окон на улицу.

 - Зачем потрошить подушки? – спросил бережливый Сафонов.

 - Это ведь так интересно и забавно, - ухмыльнулся Пётр, - а победитель испытывает возвышенное чувство самоутверждения!

 Солдат поражала ухоженность садиков, с непременными уродливыми гномами на клумбах, благоустроенность вилл и домов, чистота, порядок, но раздражали высокие заборы с проволочной сеткой наверху, оберегавшие частные владения.

 - Чисто кругом! – отметил Кудряшов.

 - Непривычны и отличные дороги, без ухабов, выбоин и грязи, обсаженные по обочинам яблонями… - согласился Коля.

 Пока шла война, была весна и вся армия была пьяна. Спиртное находили везде в изобилии, и пили, пили, пили.

 - Никогда на протяжении жизни я не употреблял столько спиртного, как в эти два месяца! – признался товарищам Петя.

 - Пей, пока есть возможность…

 Взрывы, бомбежка, обстрел - и тут же гармошка, пьяный пляс.

 - Быть может, потому так быстро продвигаются войска, - с сомнением сказал Макар, - что, одурманенные вином, мы забыли об опасности и лезем на рожон.

 - Без водки победы не бывает…

 Чем ближе к Берлину, тем гуще становилась застройка у дорог. По сути дела за много километров до города начался сплошной посёлок. Немецкая столица была видна издали. Ночью на горизонте поднималось багровое пламя. Днём над морем огня обозначался многокилометровый столб дыма.