Шрифт:
– Как твое имя?
– Обмакнув в чернильницу перо, Юний посмотрел на юнца.
– У меня их много, - неожиданно усмехнулся тот.
– Велар, Валамей, Вальдинг, Эрнульф - выбирай, которое нравится?
– Кем ты был у рыбника?
– Валамеем.
– Значит, запишем - Эрнульф, сын…
– Пиши - «сын Валерия Юрзы», господин.
– Так ты почти римлянин?
– Да, мой отец был легионером. Правда, мать - проституткой из веселого дома старухи Мнемозины, - с усмешкой пояснил Эрнульф.
– Оба давно умерли.
– Лупанарий старухи Мнемозины, - с любопытством поглядывая на парня, повторил Рысь.
– Так ты из Августы Треверов?
– Похоже, что так. А вообще, где я только не был.
– Теперь ты, - Юний перевел взгляд на Хротальва, - запишем тебя, как Фродегавда… Фродегавда, сына Виларикса, а ты…
– Меня зовут Арминий, мой господин, - с поклоном пробасил чернявый здоровяк.
– Будешь Вигульфом, сыном Альтрамира.
– Юний занес в список последнее имя.
– Теперь все, парни! Надеюсь, все понимают, что с этой грамотой и с вами я должен лично явиться пред светлые очи наместника?
– Да уж понятно, - хохотнул Хротальв.
– Ты скажи, господин, что мы-то должны делать? И это… хорошо бы поскорее убраться из города.
– Он искоса посмотрел на Эрнульфа.
Юний перехватил этот взгляд - и очень он ему не понравился.
– Как вы ушли?
– быстро спросил Рысь.
– Только прошу, не лгите, это не в ваших интересах. По-моему, я предупреждал, чтобы все было тихо…
– Так мы и хотели, чтобы тихо!
– Хротальв бросил на юношу злобный взгляд.
– Это все он…
– Да, я убил рыбника, - с усмешкой признался тот.
– Всадил прямо в сердце ту шпильку, которой он колол меня. Можно я выпью вина, патрон? А то что-то пересохло в горле.
– Пей, - Юний задумчиво осмотрел всю компанию и неожиданно подмигнул.
– Я так думаю, кроме вас у рыбника больше рабов не было?
– Не было, господин, - подтвердил Хротальв.
– Да и этого-то, - он кивнул в сторону Эрнульфа, - хозяин купил только вчера, себе на усладу.
– Значит, сразу никто вашего хозяина не найдет… Разве что молочник утром наткнется.
– Хозяин не покупал молока.
– Значит, судейские или соседи. Время есть… - Юний потер руки. Похоже, эти трое оказались привязаны к нему куда прочнее, чем ожидалось.
– Ну?
– Он повернулся к юноше.
– Допил свое вино? Теперь рассказывай, только, смотри, не ври.
– Да с чего мне врать-то?
– Эрнульф вытер рукавом тонкие губы.
– Этот гад рыбник высмотрел меня вчера на рынке живого товара. Мне пятнадцать, но выгляжу я, как вы заметили, куда младше. Этакий невинный агнец, да-да, не смейся, патрон, людям так и кажется, особенно если я не смотрю им в глаза… Так вот, едва этот сивобородый козел привел меня в свой дом, я сразу почуял, что тут что-то не так. Вовсе не для работы в саду он меня приобрел, как пояснял продавцу, нет, для другого, гнусного дела. Велел мне переодеться в женское платье, в такое, что носят варвары, длинное, спадающее с плеча. Потом позвал этого, - юноша хмуро кивнул на Арминия, - связали мне вдвоем руки…
Здоровяк виновато потупился:
– Хозяин приказал, я исполнил.
– Да я тебя и не виню, - отмахнулся рассказчик.
– Просто объясняю, как было. Интересно?
– Вполне, - сквозь зубы заметил Рысь.
– Давай продолжай дальше.
– Ну а дальше рыбник принес плеть и женские шпильки… Остальное, думаю, ясно?
– А ты точно его убил?
– Точней не бывает. Да что я, мертвяков не видел?
За окном между тем посветлело, и путники начали собираться. Жаль, Юний нанял вчера лишь четырех лошадей - не рассчитывал на Эрнульфа, и тому пришлось ехать на одном коне со старым Флаксом. Можно, конечно, было бы оставить старика дома, но Рысь не хотел рисковать. Мало ли? Подстрекательство чужих рабов к побегу, да еще отягощенное убийством хозяина, это, знаете ли, чревато! Нет уж, в таком случае лучше держаться вместе… и как можно дальше от Могонциака.
Они выехали, едва только открылись северные ворота, и вскоре могли уже любоваться оставшимся далеко позади городом. Дорога вилась меж холмами и отрогами гор, поросшими густым смешанным лесом - липой, осиной, сосной, кое-где попадались и совсем уж сумрачные островки елей. Ехали медленно, даже позволили обогнать себя окруженной конной стражей бастерне - крытым дорожным носилкам, которые тащили запряженные впереди и сзади мулы. Что за человек сидел в бастерне, Юний не разглядел, да и не очень старался - не все ли равно? Наверное, какой-то высокопоставленный чиновник, направляющийся с важным поручением в Колонию Агриппина.
Слева, за деревьями и холмами, отражая солнце, золотом блестел Рейн, за ним виднелись пустоши и леса загадочной и бескрайней страны варваров - источника постоянной опасности для великой империи римлян. Где-то там, за холмами, у берегов далекой реки Одры, жили ободриты, а чуть дальше - венеты или словены, дальние сородичи Рыси.
За рекою за быстрою Леса стоят дремучие… -на родном языке тихо напел Юний, не отрывая рассеянного взгляда от расплавленного золота Рейна.