– Ну, мальчики, - уже веселым тоном предложила мама, словно ничего не случилось и Сириус всегда жил с ними, - Садитесь завтракать.

Джеймс одобрительно кивнул - похоже, мама думала о том же, что и он сам.

Джеймс видел, что Сириус переживает, хоть тот и старательно скрывал это. И с первого же дня Джеймс прилагал все усилия, чтобы заставить его забыть о покинутом доме, чтобы он снова начал радоваться жизни. Для чего устраивались всевозможные вылазки в близлежащий лес и в город, планирование шалостей на предстоящий учебный год. А по вечерам они тихонько выбирались из дома и, перекинувшись, на четырех лапах бежали все в тот же лес. И каждое утро мама удивлялась, что никак не может добудиться своих мальчиков. Именно так она их называла. Похоже, она в своем сердце сразу же усыновила Сириуса, и тот в ответ изливал и на нее и на отца Джеймса всю нерастраченную сыновнюю любовь.

В общем, цель была достигнута. Сириус стал почти прежним - смеялся, шутил, подкалывал Джеймса, придумывал всевозможные безумные эскапады, и только где-то в глубине остался какой-то осадок. Но бесследно все это и не могло пройти. Верно? Джеймс написал Ремусу, чтобы приезжал. И тот ответил, что приехать сможет только в конце июля.

* * *

Ремус приехал к Джеймсу расстроенный и встревоженный. Лиззи почему-то перестала ему отвечать. Сколько он уже писем ей послал с просьбой написать хоть что-нибудь, объяснить, что случилось. А в ответ тишина. Ремус уже не знал, что и думать. Джеймс и Сириус пытались, как могли, утешить и развеселить друга, целыми днями придумывали какие-нибудь занятия, чтобы он не думал про Лиззи. Но это было невозможно. Чем бы Ремус не занимался, его мысли постоянно возвращались к любимой.

Джеймс даже попросил отца, выяснить, что случилось с семьей Нортон. Но это ничего им не дало, поскольку мистер Поттер смог только узнать, что Нортоны переехали из своего дома в Ливорно, а куда переселились, никто не знал. Словно они специально стремились скрыться, чтобы их не нашли. И это внушало еще большую тревогу. Что могло случиться, чтобы они начали вот так скрываться? Ведь война до Италии пока не дошла.

– Единственное разумное объяснение, которое приходит в голову, - мрачно заметил Ремус друзьям, - Это что ее родители узнали про меня и теперь не хотят, чтобы Лиззи со мной общалась. И я не могу их в этом винить, поскольку в принципе они правы.

– Да брось - ерунда!
– воскликнул Джеймс.
– Ну, откуда они могли об этом узнать?!

Ремус только пожал плечами. А что он еще мог подумать? Сириус же неодобрительно заметил:

– Если даже это так, не могу с тобой согласиться в том, что они правы.

Ремус хотел было возразить, но Сириус не дал ему такой возможности:

– И хватит всегда во всем винить себя! Ты ни в чем не виноват! Пойми это, наконец!
– Сириус сердито сверкнул глазами.
– А обезопасить от тебя окружающих во время полнолуния не так уж и трудно.

Ремус только слабо улыбнулся. Этот разговор затевался уже далеко не в первый раз. Хоть Ремус и не совсем был согласен с доводами друзей, но их слова грели сердце.

В целях развлечения Ремуса, Джеймс однажды уговорил отца сводить их на экскурсию в аврорат. Его коллеги посмеивались, глядя на их любопытные физиономии, и говорили:

– Ого, Чарльз, ты нам смену готовишь?

Им даже удалось увидеть знаменитого Аластора Грюма - главу аврората. Правда мельком и издалека. Но даже так он производил весьма грозное впечатление: испещренный шрамами, темноволосый коренастый мужчина, от одного взгляда которого пробирала дрожь.

– Вау!
– произнесли они все трое хором.

Мистер Поттер только усмехнулся:

– Если действительно хотите стать аврорами, привыкайте - это ваш будущий начальник.

Домой они вернулись после этой поездки в полном восторге.

Конечно, Ремус по-прежнему тревожился и скучал по Лиззи, но в обществе ни на секунду не оставлявших его друзей переносить это было гораздо легче.

Глава 33

Прощаясь с родителями, Марлин одновременно пыталась в шумной разномастной толпе высмотреть знакомые лица, но никого не находила. Родители как всегда, когда оказывались на платформе 9 3/4 , оглядывались вокруг с огромным интересом. А уж восьмилетний братец Майкл, которого в первый раз взяли с собой проводить сестру, и вовсе пребывал в полном восторге и оглядывал все круглыми от тотального изумления глазами. Марлин подмигнула ему, изо всех сил стараясь не рассмеяться. У нее самой, наверное, была не менее забавная физиономия, когда она впервые попала сюда. Майкл ухмыльнулся ей в ответ и она потрепала его по рыжим кудрям. С братом они всегда были дружны. Марлин, которая была старше на семь лет, практически была для него второй матерью. К ее огромному сожалению, Майкл, судя по всему, не был волшебником. У него никогда не было всплесков стихийной магии, как когда-то у самой Марлин. Однако он нисколько сестре не завидовал, хотя всегда с удовольствием и интересом слушал ее рассказы о волшебном мире.

– Ну, мне пора. До встречи.

Марлин в последний раз обняла родителей и брата и начала пробираться сквозь толпу к красно-золотому поезду. Но не успела она подняться в вагон, как ее обхватили чьи-то руки и родной голос прошептал в самое ухо:

– Привет, принцесса!

Расплывшись в счастливой улыбке, Марлин развернулась к Сириусу лицом и тут же потонула в поцелуе. Как же она соскучилась по нему за это лето! Рядом тут же раздалось ироническое покашливание и насмешливый голос Джеймса:

– Я вам не мешаю?

– Ну что ты, Сохатый, нисколько!
– в тон ему ответил Сириус, не выпуская ее из объятий.

Марлин прыснула. Мальчишки! Какие же они все-таки смешные!

Вскоре к ним присоединился Ремус, но тут же их и оставил, уйдя в вагон старост с обещанием вернуться как можно скорее. А Питера они нашли уже в купе.

– Как прошло лето?
– задала Марлин стандартный вопрос, когда они все устроились.

– Весьма… хм… бурно, - ответил Сириус с какой-то непонятной интонацией.