– Пойду я лучше вина выпью!- Хмыкнул Шугуров.

– Это не только почетно, но и ответственно,- продолжала ворковать Болотова.- Я не понимаю, как такой человек до сих пор находится в стороне...

– Вы кто?- Фесенко сделал глоток из бокала.

– Зовут меня Болотовой Ириной Витальевной. Я, инспектор...

– Все,- пробормотал Шугуров,- попался Сергей Назарович...- Он прошел на балкон и закурил.- Хорошо,- улыбнулся он.- И погода замечательная.

Погода на самом деле не подвела. Ярко светило солнце, небо было безоблачным.

– Все-таки нужно было на природу выехать,- сказал он, подошедшему Артему.- Сейчас бы шашлычков нажарили с дымком. Искупались, мяч по берегу погоняли... Все-таки надо было на природу выехать,- повторил уже с сожалением.

– Не в последний раз собираемся,- улыбнулся Артем.

– Слушай, парень,- вполголоса сказал Шугуров.- Нет у меня права соваться в вашу жизнь. Но я с тобой как мужик с мужиком поговорить хочу. Ты Катюху не обижай, у нее душа и без того в клочья изодрана.

– Николай Андреевич, я сейчас ваши слова мимо ушей пропущу,- сказал Артем.- Я ее люблю, и она об этом знает.

– А вот это хорошо, парень,- кивнул Шугуров. Опьянел он на глазах.- Молодец! Если чем-то обидел, прости старика... А сейчас – танцевать!- И он сразу с балкона шагнул в гостиную.- Народ - плясать!!!

Незаметно наступил вечер. Столы в гостиной сдвинули к стене, освободив место для пар. Инструментальную музыку изредка нарушали танцевальные хиты. Но они проскакивали так стремительно, словно это петарды разрывались в вечернем воздухе.

К одиннадцати вечера гости разошлись. Последними хлебосольный дом покинули Шугуров с Болотовой. Прощаясь, она все твердила Кате:

– Связь со мной не теряй! Соне положена пенсия, компенсации, пособия. Чтобы ребенка вырастить, ой, как много денежек понадобится, Катенька! Но тебе, опекуну, и город, и государство обязательно помогут.

– И друзья помогут!- Кивнул Шугуров.- А теперь все, Ирина Витальевна! Все! Идемте! Иначе я сейчас уеду, и придется вам такси заказывать!

– Катя,- не слушая его, снова и снова повторялась Болотова.- Связь со мной не теряй ни в коем случае!

– Ирина Витальевна, дайте молодым побыть наедине! Мы с вами как люди преклонного возраста...

– Кто это меня старухой назвал?!- Вдруг оглушительно расхохоталась Болотова.

– Идемте-идемте! Я вас до дома подвезу!

– Подвезу или довезу?

– И так и этак! Как вам будет угодно, дорогая!

– Дядя Коля,- окликнула Шугурова Катя, когда они остановились возле лифта.- За рулем будь осторожней.

– Катюша!- Николай Андреевич вернулся и расцеловал ее.- О чем ты говоришь, дочка?! Ирина Витальевна, вот веришь или нет, а она мне как родная дочь!

– Мне она тоже как дочка,- Болотова вслед за ним тоже вернулась к имениннице.- Я, Николай Андреевич, перед этой девочкой в неоплатном долгу!..

– Нет-нет, Ирина Витальевна!.. Нам с вами уже достаточно! Уезжаем!

Они, наконец, зашли в лифт. А через полминуты загудели на первом этаже, разобрать можно было только:

– Нет-нет, Ирина Витальевна!.. Нет-нет!..

– Уехали?- Улыбнулся Артем.

– Да. Весело погуляли?

– По-моему, все были довольны!

– Там сейчас, наверно, грязной посуды гора,- вздохнула она.

– Мы с тетей Олей уже все перемыли, пока вы тут в любви объяснялись.

Катя задержалась в дверях, Артем с места не сдвинулась, и она прошла возле него так близко, словно они снова танцевали.

– Кать,- он поймал ее за руку.

– Погоди, я Соньку проверю...- И она улыбнулась ему так, что сердце у Артема оборвалось от предощущения близости.

Он ушел на балкон и провел там все время, пока Катя проверяла в детской сестренку и разговаривала на кухне с соседкой. Они долго смеялись, вспоминая какие-то забавные моменты прошедшего вечера. А потом он услышал, как Катя сказала:

– До свидания, тетя Оля! Спокойной ночи...

И в прихожей щелкнули замки. Артем сглотнул и посмотрел на дрожащие от волнения руки. А Катя в прихожей прислонилась к двери и порывисто закрыла лицо руками. В своем сердце она чувствовала неодолимость любви. Постояв так немного, снова прошла в детскую.

Соня безмятежно спала, ее светлые легкие волосы разметались по подушке. Катя склонилась над ней и поцеловала в щечку, погладила по голове:

– Теперь у нас все будет хорошо.

Артем стоял на балконе, задумчиво глядя в темноту опустевшего двора. Он так глубоко задумался, что не заметил, как Катя появилась в гостиной. Стараясь не шуметь, она пересекла комнату и обняла его. Артем вздрогнул от неожиданности. И в этот момент они услышали далекую, печальную песню саксофона. Она переливалась в ночном небе и обволакивала спящий город покоем.