– Приветствую великую царицу Фермоскиры от имени аксамитского кона Агата, владетеля здешних степей.

– А ты кто?

– Коной Агаэт мое имя. Я привел в дар Фермоскире полтыщи лошадей. Это от кона. А от меня лично и от моих друзей я тебе дарю жеребца - лучшего не сыщешь от берегов Кубахи до берегов Танаиса.

– Благодарю тебя и твоего отца великого кона Агата. Если помыслы ваши чисты - прошу тебя и твоих друзей в гости,-Годейра потянула повод вправо.

К коною подъехала Беата.

– Я, полемарха Беата, тоже приветствую тебя, славный ко-ной, и прошу последовать за мной в город. Только знайте, в Фермоскиру с оружием не ездят. Оставьте его здесь.

– Мы безоружны. Скифы в гости с оружием не ездят.

Беата махнула руками в стороны, и амазонки образовали проход.

Полемарха поехала впереди, Борак передал повод жеребца в руки царицы и тронулся рядом с коноем вслед за Беатой. Царица пропустила гостей, кивнула Гелоне, и та повела табун влево, к загону.

Прелюдия камышовой агапевессы началась.

Если говорить откровенно, то Борак ехал к амазонкам с какой-то тревогой, даже со страхом. Он еще в пути сказал Агаэту:

– Не верь бабам, коной. Они тебе заморочат голову. Я все время буду на страже.

Начало встречи не предвещало ничего опасного. Царица улыбалась, была приветлива и повела коноя и Борака за собой. Амазонки откололи косяк подаренных им лошадей и отогнали куда-то в сторону. Гостей, сопровождавших коноя, полемарха повела на берег для отдыха. Поднятые по тревоге воительницы куда-то скрылись.

– Вот мой дворец,- сказала Годейра с усмешкой, показывая на большую лачугу из камышовых щитов.- Но я и ему рада, пока мы живем бедно.

– Мой отец тоже спит в повозке,- утешил царицу коной.-Дворца у нас нет. Да и в каменных дворцах душно.

В тронном зале стояло высокое кресло. Другой мебели не было, и коной с Бораком встали перед креслом царицы. Вдруг открылась дверь, и в зал вбежали шестеро амазонок с копьями и мечами за поясом. Они проскочили мимо гостей и встали за креслом, откинув руки с копьями в сторону.

Увидев тревогу на лицах гостей, Годейра сказала:

– Простите меня — это запоздалая охрана.

– Для чего она?
– спросил грубо Борак.- Мы тебя не тронем.

– Дело в том, что я не ждала вас так скоро. Разве вам Лебея не говорила?

– Мы не видели ее, - сказал коной.- Где она?

– Как это где,- возмутился Борак,- Они их казнили, наверняка! Мужиков всех перебили, принялись за баб. За своих, между прочим.

– Это твой друг?
– спросила царица коноя.

– Друг и телохранитель. Его зовут Борак.

–  Гони его от себя в шею. Ты сын царя, около тебя не должно быть дураков.

–  Почему это я дурак?
– вспылил телохранитель.

–  Соседи-цари должны жить мирно. А твой Борак дважды за это время заставляет тебя хвататься за нож. Если так пойдет дальше, через час мы вцепимся в друг друга, а через день начнется война.

–  Борак, выйди на время,- приказал коной.

–  Хорошо, я уйду. Но я приведу нашу охрану ближе к этому сараю.

– Ты прости его, великая царица. Недаром говорят, береженого бог бережет.

– Пусть - Годейра махнула рукой.- Так значит, вы не видели Лебею? Видимо, вы разъехались.

– Но почему они не дома?

– Я послала их к морю.

– Для чего?

– Борак прав - чтобы их не судили за плен. А вы, стало быть, решили сами к нам приехать?

– Не я - отец решил. Он сказал так: «Не дело, чтоб нашими соседями были воры. Дадим им лошадей...».

– А если бы не отец, ты не приехал бы?

– Приехал бы. Чтоб украсть девушек.

– Значит, ты хотел бы быть вором?

– Я люблю Лебею.

– А Борак?

– Он любит ее подругу.

– Хорошо. Мы тоже не хотим, чтобы наши соседи были ворами. Мы подарим вам девушек, хотим породниться с вами.

– Я уже послала за вином. Сделаем на агоре праздник. Позовем вас и ваших мужчин, вы посмотрите на наших дев, они на вас посмотрят, и выберете друг друга.

– Не соглашайся, коной!
– крикнул, входя, Борак.- Потом они нас, когда рассусолимся, убьют.

– Ты был на агоре? Видел амазонок?

– Видел. Бабы что надо!