— Слушайте все! — крикнул Роб на весь вестибюль. — Есть тут кто-нибудь из «Скай-ньюс»?

— Они вышли покурить, — ответили ему из задних рядов.

— Ладно, кто-то другой готов взять у меня интервью? Около поля, через десять минут. И пусть там будет камера, а то я не знаю, что сделаю!

Как один, журналисты рванулись к выходу. Роб дождался, пока не уйдет большинство из них, и обратился к Эмили, которая тоже выглядела потрясенной.

— Где мистер Мэйс? — сердито спросил Роб.

— Разумеется, он согласится, — фыркнул Йэн Уилсон. — Он же всего лишь жалкий работник районной администрации. Вы знаете, сколько времени ему понадобится, чтобы заработать две сотни штук на тех грошах, что там платят?

— А если все же не… — предположил заспиртованный.

— Да согласится! — не дал ему договорить вторсырьевщик. — У него нет выбора. Если что, поговорим с той дурой, которая ходит у него в женах. Она…

Трели звонившего телефона сбили его с мысли, и он сердито уставился на Йэна Уилсона, который достал мобильник из кармана и ответил на звонок.

Послушав секунду, Уилсон чуть не выронил телефон из руки.

— Включите новости! — крикнул он.

— Это что, ваша последняя попытка заскочить на уходящий поезд?

Роб попробовал отыскать за слепящими софитами того, кто задал этот вопрос, но в конце концов отказался от этой мысли и заговорил, обращаясь прямо к свету, который его обволакивал.

— Вовсе нет. Всего я не могу сейчас открыть, достаточно сказать, что в последнее время я получил несколько отрезвляющих «звоночков».

— Но допустим, что «Сити» не наберет пятьдесят одно очко, — продолжал издалека невидимый голос, — тогда по условиям завещания Артура Купера все так и будет. Так зачем вы делаете это сейчас?

— Хотелось бы уточнить, — попросил другой голос, прежде чем Роб успел ответить. — Вы с сегодняшнего дня передаете девяносто процентов акций «Сити» в руки болельщиков клуба. Это так?

— Абсолютно верно.

— То есть фактически клубом будут управлять фанаты?

Роб улыбнулся, и улыбка эта предназначалась не только журналистам, но и самому себе. Он уже слышал в своем воображении вопли, раздающиеся в зале для совещаний.

— Да, — произнес Купер прямо в камеру. — Теперь этим клубом управляют болельщики «Сити».

— Тогда что помешает им уволить вас?

Будучи на добрые шесть дюймов ниже секретаря клуба, Роб при всем желании не мог встать лицом к лицу с Китом Мэйсом, поэтому ему пришлось удовольствоваться неотступным проницательным взглядом.

— Я ничего об этом не знал. Даю вам честное слово.

Роб не сводил глаз с лица Мэйса, желая уловить хотя бы тень вины или лукавства, но через пару секунд кивнул и расслабился. Его телефон звонил не переставая. Купер вытащил мобильник из кармана и, глянув на дисплей, нажал на отбой.

— Хорошо. Я так и думал, что это не в вашем стиле. И что теперь? — спросил Роб, кладя телефон обратно.

— Я бы предположил, что, пока мы здесь стоим, они уже пытаются сбыть свои акции с рук и свалить поскорее из клуба.

— Нет, вряд ли, — сказал Роб. — Кит, признаю, я вел себя как придурок. Я это знаю, вы это знаете, все это знают.

— Примерно так и есть, — согласился Мэйс, кивая.

— Ну? И что мы будем делать, чтобы исправить ситуацию? — Роб достал телефон, который опять надрывался, и снова, поглядев на номер, дал отбой. Потом отключил звук.

Закончив возню с мобильником, Роб обрати внимание на Кита Мэйса, который стоял с индифферентным выражением на лице.

— В большой степени это зависит от того, что вы имеете в виду под исправлением ситуации, мистер президент.

Роб не успел закрыть дверь, как в холл влетела Джейн в образе разгневанной фурии.

— Почему ты не отвечаешь на мои звонки? — завопила она и заторопилась вслед за мужем, который прошел мимо нее в гостиную.

— Я был занят, — пробормотал Роб, садясь на диван, хватая пульт и включая телевизор — все единым, отработанным годами движением.

— Да, я знаю, был занят тем, что уничтожал состояние.

— Ты не понимаешь, — сказал Роб, даже не пытаясь скрыть полное отсутствие интереса к словам Джейн.

— Как ты смеешь принимать такие решения, не поговорив сначала со мной!

Вот тогда Роб взглянул на жену, так как не знал, сердиться ему или удивляться.

— С тобой?

— Половина наследства моя. И ты не можешь отдать все просто потому, что тебе так захотелось.

— Что?

— Ты слышал меня, — выкрикнула Джейн. — Я хочу свою половину. Вики сказала, что она мне положена.