– Картер, взгляни наконец на это дело без предубеждения. – Элли чувствовала, что у нее внутри начинает закипать гнев, но старалась говорить спокойно. – Во-первых, я не просто чья-то близкая подруга, а Элли Шеридан – вполне самостоятельная личность, которая вольна поступать, как ей хочется. А во-вторых, Картер, между нами ничего не было. Ничегошеньки. Надеюсь, ты мне веришь?

– А должен? – спросил он. – Ты сама поверила бы мне при таком раскладе? Если честно? Застань ты меня ночью в лесу за подобными упражнениями с Клер, что бы ты подумала?

Элли поморщилась, поскольку считала Клер самой красивой из его бывших подружек.

– Этого бы не случилось, потому что Клер не ходит в… ну, сам знаешь, куда. Так что ты описал совершенно нереальную ситуацию. – Картер закатил глаза к потолку и хотел было что-то сказать, но, прежде чем он успел ее перебить, она добавила: – Но вот если бы ты тренировался с Джулией, я бы и бровью не повела. Да хоть бы и с Клер – если бы она ходила туда, куда ходим мы. Можешь не сомневаться: моя реакция нисколько бы не изменилась. Потому что я тебе доверяю.

– Правда? Что ж, это можно проверить, – пробормотал он и пошел по коридору в сторону классной комнаты Изабеллы.

– Картер! – позвала его Элли, но он даже не обернулся. Вздохнув, она поправила на плече лямку тяжелой сумки и двинулась за ним следом.

Изабелла называла свои уроки английского языка «семинарами» и перед их началом всегда расставляла столы полукругом, чтобы, так сказать, находиться в гуще учащихся. Картер расположился в самом дальнем конце этого полукруга и, скрестив ноги в щиколотках, вытянул их в сторону центра. Пока Элли размышляла, стоит ли ей сесть рядом с Картером или, изобразив обиженную, выбрать другое место, на нее в буквальном смысле налетела Зои с блестевшими от возбуждения карими глазами. Одетая в школьную униформу с белыми гольфами и туфельками, она больше походила на ученицу младших классов, нежели на эксперта по части боевых искусств и гениальную личность с некоторыми странностями.

– Элли! – воскликнула она. – А я тебя вчера весь вечер искала!

– Неужели? – пробормотала Элли, не зная, как на это реагировать. – А я после занятий отправилась…

Не дав ей закончить фразу, Зои понизила голос и сказала:

– У меня состоялся длинный разговор с мистером Пэтелом, который объяснил мне, что я делала не так, когда мы отрабатывали прием. Так что в том, что у тебя ничего не получалось, больше виновата я. Кроме того, он запретил мне причинять тебе боль или как-либо тебя травмировать. – Она поморщилась. – Скажи честно, я тебя травмировала?

Элли тут же припомнила, как у нее после бросков болела спина и ощущение полнейшей беспомощности, когда она раз за разом рушилась на ковер и видела украшенный алебастровыми виньетками потолок маленького тренировочного зала. Потом посмотрела в расширившиеся от любопытства глаза Зои.

– Практически нет. – Она ухмыльнулась и взмахнула руками. – Как видишь, я все еще представляю собой единое целое.

– Ну и слава Богу, – сказала с облегчением девочка. – Сегодня я буду тебя беречь. Специально практиковалась.

– Я тоже…

– Прошу всех сесть, – сказала Изабелла, прерывая их разговор.

Как только Изабелла вошла в центр полукруга, чтобы начать урок, распахнулась дверь, и в класс влетел Сильвиан. На мгновение его взгляд задержался на Элли, и она замерла, словно обратившись в статую, опасаясь, что он сядет с ней рядом. Даже с беспомощным видом посмотрела на Картера, который, как выяснилось, следил за ними, хищно сощурив глаза.

Но Сильвиан плюхнулся на стул рядом с Николь, которую Элли, занятая разговором со своей напарницей, поначалу не заметила. Николь сразу же наклонилась к Сильвиану и прошептала на ухо нечто такое, что вызвало у него улыбку. Элли, зафиксировавшая эту сцену взглядом, неожиданно испытала странное и неприятное чувство опустошенности.

– В этом семестре, – начала Изабелла, прохаживаясь вдоль выстроенных полукругом столов и кладя на столешницу каждого одно из принесенных ею учебных пособий, – мы займемся литературой начала двадцатого века. Учтите, программа очень напряженная. Нам предстоит прочитать и обсудить четыре книги. И первая из них – «Возраст невинности» Эдит Уортон…

Пока Изабелла говорила, Элли время от времени исподтишка посматривала на Картера. Он же, опустив глаза, разглядывал обложку нового учебника с таким вниманием, как если бы стремился запечатлеть в памяти каждый ее квадратный миллиметр, и на Элли ни разу не посмотрел.

– Чем дальше, тем страшней, – сказала Джу, делая глоток из стакана с минеральной водой. – Кажется, я насмотрелась на преподавателей и наслушалась лекций на неделю вперед, а между тем это лишь первый день осеннего семестра.

– Я тоже так думаю, – вздохнула Элли. Остальные согласились с ней.

Компания сидела за своим привычным столом в шумном и до отказа набитом проголодавшимися учениками обеденном зале, в котором ни на секунду не стихали разговоры, смех и возгласы, волнами распространявшиеся по помещению.