– Половину твоего веса. Всё равно другого пути нет. Ждать спасателей здесь – не реально. К тому времени, пока они нас найдут, мы уже задохнёмся, потому что скоро кончится кислород. Если нам суждено погибнуть вместе, я согласна. Или ты во мне не уверен?

– Я не думал как-то. Недосуг, наверное, – ещё не оправившись от смущения, неловко пошутил Родион.

– Думал, думал, – улыбнулась Ксюха. – Не веришь, спроси у меня. Об этом не будет знать никогда ни один, пусть даже самый крутой герой. И можешь утешиться тем, что ты не одинок.

– Ну, ладно, – решился капитан. – Пошли, девочка, чему быть – того не миновать. Я правильно выражаюсь?

Рожнов, крепко обхватив за талию свою подругу одной рукой, другой, зажав кольцо управления, шагнул в черную бездонную пропасть, не уставая, однако, повторять молитву, которой обучила его в детстве бабушка:

– Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас грешных!

Падение в пустоту постепенно замедлялось. Трос под тяжестью двух человеческих тел не оборвался, и кольцо исправно сыграло роль тормоза. Вскоре в сильном луче лобного фонаря мелькнула дыра в фойе смотровой площадки.

– Есть! Мы у цели! – захрипел Рожнов в микрофон. Видимо, голос у него от всех приключений немного осел. Но такое быстро проходит, не стоило волноваться.

– Вижу, – отозвалась Ксюша. – Надеюсь, ты высадишь меня перед отправлением на поиски Антона Сергеевича?

– Ежели хорошо попросишь.

– Я очень хорошо попрошу, – девушка потёрлась кислородной маской о такую же маску капитана. – Я очень хорошо попрошу, – повторила она.

Рожнов раскачался на тросе, как маятник, и в следующую секунду они стояли на площадке.

– Значит так, – Родион достал из сумочки моток оборванного троса. – Если подполковник жив, но не дай Бог раненый, я один конец троса прицеплю к его поясу, а ты тут найди самое надёжное место, куда привяжешь второй конец.

– Привяжешь? Но ведь он же металлический! Я не сумею.

– Сумеешь, – Родион достал из сумки запасной карабинчик и протянул девушке. – Должна суметь. Обязана! Понятно?

Ксюша молча кивнула. Рожнов ещё на секунду задержался и шагнул в пустоту. Но на этот раз шаг получился, как уже нечто обыденное, повседневное. Наверное, человек ко всему может привыкнуть, на то он и человек.

Капитан спускался медленно, освещая налобным фонарём стены, чтобы не пропустить, если вдруг… но об этом думать не хотелось. Опустившись на одиннадцать метров, Рожнов заметил возле одной из монтажных штанг, тянувшихся в шахтах по всей высоте, металлический ящик, очень похожий на те, с которыми недавно пришлось воевать. Между ящиком и штангой тряпичным мешком висел подполковник.

– Антон Сергеевич! – уже в который раз позвал в микрофон Родион своего начальника, но тот, как и раньше, молчал.

– Что? Нашёл? – раздался в наушниках голос девушки. – Что с ним?

– Похоже, без сознания. Ничего, сейчас вытащим, там видно будет.

Капитан снова принялся раскачиваться маятником на тросике, и скоро ему удалось зацепиться за штангу чуть выше повисшего над пропастью тела.

Спустившись пониже, Родион попытался заглянуть за стекло маски подполковника, но ничего не увидел. Заметил другое: конец оборванного взрывом спасательного троса намотался на поперечную перекладину штанги. Видимо, это и спасло тело от падения в бездонную темноту.

Подёргав тянущийся за ним второй трос и убедившись, что Ксения прочно его за что-то зацепила, Родион связал обрывки тросов двойным морским узлом и принялся подниматься вверх, пользуясь поперечными перекладинами на штанге для стабильной опоры. Выбравшись на площадку, он с помощью Ксюши вытащил из шахты подполковника и сразу залез пальцами ему под капюшон. Нащупав на шее сонную артерию, Родион почувствовал слабое биение пульса и кивнул девушке:

– Слава Богу, жив. Просто от сгустка пламени вырубился.

– Смотри, Родион, – перебила его Ксюша. – У него на комбинезоне рукав порванный.

Тут только Рожнов заметил солидно повреждённый правый рукав и сразу полез в свою поясную сумочку, где в отдельном месте хранилось несколько наполненных лекарствами одноразовых шприцев. Заглянув под искромсанный рукав комбинезона, он увидел пропитавшуюся кровью форменную рубашку. Тогда Родион, уже не сомневаясь, прямо через рукав сделал начальнику укол.

– Всё. Ровно через минуту оживёт. Но этого надолго не хватит. Ксюша, Россия смотрит на тебя, вспоминай свои Баюновы проходы. Нам надо как можно быстрее доставить Антона вниз. Сумеем?