Шрифт:
– Да прекрати ты так близко к сердцу воспринимать все. Тебе нравится играть?
– На сцене? – Лолита оживилась. – О да, я мечтала об этом с детства. С каждой ролью словно переживаю новую жизнь!
– А откуда ты черпаешь идеи? Как ты решаешь, что те или иные персонажи должны вести себя именно так? Если, допустим, тебе приходится играть то, чего ты еще никогда в жизни не испытывала? Например, любовь или потерю близкого человека?
– Даже не знаю, – задумалась Лолита, – я читала много книг, видела фильмы, постановки. Наверное, стараюсь копировать лучшее из своей памяти.
– Жаль. Выходит, твой талант построен на чужих шаблонах?
Девочка приуныла.
– К чему ты клонишь?
– К тому, что все юные театралы стараются вести насыщенную, бурную жизнь. Не для того ли, чтобы испытать на своей шкуре как можно больше образов? Это будет делать их роли особыми, живыми, оригинальными.
– Я никогда об этом не думала.
– Это всего лишь версия, пришедшая в мою сумасшедшую голову. Пока ничто не говорило мне о том, что она является истиной. Просто ты не похожа на такую. И я почему-то не хотел бы увидеть тебя среди этих психов.
– А если того требует профессия? Если мне не хватит опыта? – всерьез забеспокоилась Лолита.
– Это твоя жизнь и твой выбор. Только не повтори путь актрисы, созданной Уайльдом, которая шедеврально играла любовь до тех пор, пока не влюбилась в реальной жизни сама. Помнишь, чем все кончилось? Ее игра стала бездарной.
Лолита задумалась и задержала взгляд где-то в одной точке.
– Но ты не переживай. Сейчас мне очень нравится, как ты играешь любовь. А в твоем возрасте, уверен, ты уже успела любить.
Девушка опустила глаза и затеребила ногти на руках. Странно, но мой вопрос заставил ее нервничать. У меня в душе начал нарастать интерес к этой персоне.
– Не думай об этом, – резко сказал я, – куда ты направлялась?
– В книжный магазин. Хотела купить что-нибудь почитать на ближайшее время.
– Я бы удивился, что такая милая девочка читает книги в наше время, если бы не знал, что ты из театрального. Ну что ж, пиццу доели, давай я рассчитаюсь, и мы вместе выберем тебе лекарство для души?
Мы вышли с веранды и устремились в том направлении, с которого я перехватил Лолиту. Между нами была ощутимая разница в росте, и со стороны, наверное, мы выглядели достаточно забавно. Неловко себя чувствовал я, привыкший к Диане, легко достававшей при необходимости губами до моего лба.
В самом центре магазина располагался огромный стеллаж с современной литературой, чтивом, а также романами, только что разрекламированными кинематографом. Лолита было потянулась взять какую-то из тех книг, но я одернул ее.
– Даже не думай!
После этих слов я взял ее за руки и потащил на второй этаж в отдел классики.
– Ты шла за чем-то конкретным?
– Нет, – словно растерялась Лолита от обилия книг вокруг.
– Тогда смотри, – я начал скользить рукой по стеллажам, отыскивая букву «Б», пока не наткнулся на то, что искал. Я вытащил книгу с полки и спросил, – читала?
– Нет, – повторила девушка и хотела взять предмет из моих рук.
– Тогда пойдем, – сказал я, не отдав книгу.
– Что ж ты меня весь день куда-то таскаешь? – смеялась Лолита, еле поспевая за моими большими шагами.
Мы спустились к кассам, я быстро расплатился и вскоре уже курил на улице рядом с ничего не успевшей понять девушкой. Левой рукой я протянул ей пакетик.
– Это мой тебе подарок в честь нашего знакомства. Через пару недель я найду тебя в институте и спрошу, стоит ли абсолютное счастье такой цены.
Лолита уже была готова взять пакет, как я сказал:
– Нет, постой.
После чего я выбросил окурок, достал ручку и на первом форзаце книге написал:
«Лолите в день нашего знакомства от Наполеона М.»
– Теперь держи!
В пакете лежало величайшее произведение человека, который еще в детстве сказал: «Мое имя будет так же известно во Франции, как имя Наполеона!» и оказался прав. Эта реплика делала Бальзака еще более близким мне.
В руках у Лолиты была «Шагреневая кожа».
Глава 19
Закинув удочку, далее я старался избегать этой маленькой девушки. Я знал (или чувствовал), что она будет бегать по институту и искать меня глазами. На прогонах спектакля я всегда сидел в темноте и видел, как в перерывах Лолита рыщет взглядом по залу. Это забавляло меня и льстило самолюбию. Не нравилось мне только крепнущее чувство того, что я начинаю «на нее западать». Выдержав ровно две недели, как и обещал, я подошел к ней на улице после пар, подкрался сзади незаметно и прошептал: