–  Кого имеешь в виду?

–  А некого Сорина. Помните, говорил я вам о нем однажды? У вас еще им занимался этот - как его?
– Трегубец.

–  А, так вот он же и справочку составлял. Ты про журналиста этого?

–  Да-да, про него.

–  Так дело-то давно закрыто. Трегубец, как не справившийся, понижен в должности.

–  Любопытно это, любопытно. Вот, посмотрите, Сергей Сергеевич: справку он составлял, но фамилию эту не упомянул. К чему бы это? Я же говорю, что дисциплина в вашем ведомстве страдает.

–  Имеешь в виду, что нарочно скрыл?
– занервничал Полозков.

–  Все может быть. Может, по неопытности…

–  Но Василий Семенович человек опытный.

–  Тогда, видно, по злому умыслу. Он там у вас в министерстве частную лавочку, случайно, не открыл?

–  В каком смысле?

–  Ну, так, сыском на стороне не занимается?

–  Упаси его Господь, - мрачно произнес Сергей Сергеевич.

–  А вы бы проверили: и вам спокойнее, и мне интересно.

–  Завтра же на ковер вызову, - пообещал Ермилову генерал.

–  А может, не надо на ковер, Сергей Сергеевич? Вы бы так, тихо. А то вспугнете, не ровен час, - он и поутихнет, и доказательств никаких не соберете, и шум лишний поднимется.

–  Ишь ты, хитрец-дипломат.

–  У вас ведь наверняка с ним верные люди работают.

–  Есть такие, - согласился Сергей Сергеевич.

–  Ну, так и узнали бы у них, чем этот Трегубец так озабочен в последнее время.

–  Может, ты и прав, - произнес Сергей Сергеевич, - спасибо за совет, воспользуюсь. Смотри, какие вы, молодые, ушлые. Не хочешь ко мне под начало пойти?
– хохотнул успокоившийся генерал.

–  Куда мне! Я человек не военный, я все больше по торговой части.

–  Знаем, знаем, как Россию продаете. Гляди, Генка: придет настоящий хозяин - возьмем тебя за шкирку!

–  За что ж меня-то?

–  А что б другим не повадно было. Шучу, шучу. Ну, ладно, пойдем кофейку выпьем, Ариадна уже небось заждалась.

И они вернулись в столовую.

Остаток вечера прошел чинно, по-семейному. Около одиннадцати Геннадий Андреевич пожелал хозяевам приятного вечера и, провожаемый радушной Ариадной Михайловной до двери, покинул квартиру генерала.

«Значит, никакой ловушки быть не может, - думал он по дороге домой.
– Если уж генерал не знает, следовательно, этот самый Трегубец либо на свой страх и риск чего-то там выкручивает, либо вообще мне все привиделось. Но подстраховаться, все едино, не мешает. А если он про картинки узнал, если сам руки погреть хочет? Ну, уж нет! Чтобы какой-то ментяра в мои деньги лез? Не бывать такому! Надо будет им посерьезней заняться». С такими мыслями он приехал домой и, коротенько поужинав с женой, посмотрев последний выпуск новостей, отправился в ванную, где долго и с наслаждением плескался. Когда он вошел в спальню, его уже ждала Вера, любимая супруга, и он с удовольствием посвятил час супружеским утехам, после чего уснул крепко, без снов, абсолютно успокоенный. В восемь тридцать утра он уже был на работе.

Насвистывая какую-то веселую мелодию из мультфильма, Василий Семенович Трегубец собирался домой: аккуратно сложил в портфель бумаги, блокнот, несколько ручек, проверил, не оставил ли на письменном столе пачку сигарет и зажигалку, запер верхний ящик. Потом, сняв пиджак, подошел к сейфу и извлек оттуда табельный «ПМ». В тот момент, когда он всовывал его в «босоножку», прилаживая белые кожаные ремешки кобуры к несколько располневшей за последние годы фигуре, в комнату вошел Ян Старыгин, давний подчиненный и приятель Трегубца.

–  Ого, господин начальник, на важную операцию собрались в такой-то час?
– Он, указал на никак не желающий влезать в «босоножку» «ПМ».

–  Ага, - ответил Трегубец.
– Вот, иду на разборку с женой. У нее, конечно, понимаешь, перевес: все же эти кастрюли, сковородки - тяжелая артиллерия. Но, будем надеяться, отстреляюсь.

–  А если серьезно, Василий Семенович… Вы вроде не любитель с собой такие игрушки таскать.

–  Ты вот что, Ян: закрой дверь поплотнее и присядь.

Старыгин послушно вернулся к двери и запер ее на ключ.

–  Садись, садись, не маячь, думать мешаешь, - сказал Трегубец. Ян выполнил и эту команду.

–  Мы с тобой не первый год вместе, - начал Василий Семенович несколько издалека, - и потому тебе я, наверное, могу доверять.

–  Очень обидные ваши слова, господин начальник, - ответил Ян.
– По-моему, случая не было, чтобы подвел.

–  Вот-вот, о чем и говорю. Понимаешь, Ян, какая закавыка: возник у меня на пути один интересный человек, и никак мне с ним не удается встретиться. Больше тебе скажу: встреча эта активно не нужна нашему высшему начальству.