Загубисало кивнул Налимову. Тот вышел из кабинета, вернулся вместе с Федоровичем.

–  Садитесь, Федорович, - приказал Загубисало.
– Вот Мальцев отрицает свою вину. Говорит, что вы не исполняли его команд.

–  Врет он, - сверкнул глазами Федорович.
– И кстати, не впервой. Вы, наверное, читали, товарищ подполковник, статью «Конец Келлера - «короля неба» в «Крымской газете»? Так в ней все от начала и до конца выдумано. Больше того, Мальцев приписывает себе, что он, а не Петр Боков сбил Келлера…

–  Постой, постой, - перебил Федоровича Загубисало.
– О какой это статье вы говорите? Налимов, принесите газету. Я не читал.

–  В статье все верно. Ничего я не придумал, - возразил Павел.
– Келлер был сбит мной.

–  Сейчас почитаем.
– Загубисало развернул газету, пробежал глазами по столбцам, несколько раз прочитал подпись: Герой Советского Союза П. Мальцев.

–  Келлер - это фигура!
– воскликнул Загубисало.- И помнится, как писали в войну, его сбили в групповом бою. Не так ли, Федорович?

–  Если хотите, я расскажу, товарищ подполковник, - криво улыбнулся Федорович: - Бой действительно был групповой. Но сбил Келлера Петр Боков. Во всех оперативных донесениях записано. А Мальцев просто примазывается к этому подвигу.

Павел не вытерпел:

–  Ты лжец, Федорович. Ты был моим ведомым… Я и об этом пишу… И кто лучше знает, что именно я сбил Келлера? Тебе ж орден за это дали!

–  Но документы, документы, товарищ Мальцев,- перешел на еще более официальный тон Федорович.
– От них никуда не уйдешь.

–  Мы разберемся, - примирительно сказал Бортов, подходя к Федоровичу.
– Кстати, это не имеет прямого отношения к происшествию. Скажите, Федорович, почему вы не выполняли указаний Мальцева? Или вы их выполняли?
– глаза Бортова впились в Бориса.

Федорович замялся. Ему было трудно выдержать испытующий взгляд замполита. Федорович знал: Бортов никогда не врал и даже не лукавил, и ему, Федоровичу, пожалуй, невозможно солгать Бортову. И чтобы как-то оправдать себя, он ухватился, как ому показалось, за спасительный якорь - обвинить Мальцева в недоверии к нему. И Федорович ответил:

–  Мальцев хотел, чтобы я проиграл бой. И потому наводил меня с ошибками. Эти ошибки я считаю сознательными.

Павел брезгливо посмотрел на Федоровича. Борис сжался под его взглядом, втянул шею в воротник кителя, словно ждал удара.

–  Подлец!
– вырвалось у Павла.

–  Молчать!
– крикнул Загубисало.
– Вы что, на ярмарке или в кабинете командира?!

–  Извините, пожалуйста, - сказал Павел н добавил: - Не могу терпеть вралей. Ну скажи, в чем моя ошибка?
– спросил он Федоровича.
– В том, что я тебе все время давал курс, высоту, развороты? А ты послал меня к чертям и стал действовать самостоятельно. И напорол. Что посеял, то и пожал. Скажи честно, не виляя.

–  Федорович, - обратился к Борису Загубисало,- вы больше ничего не добавите к сказанному?

–  У меня все.

–  Тогда вы свободны. Можете заняться делами. И вы, Мальцев, тоже свободны, - сказал Загубисало и закурил. Курил он долго, молча, глядя куда-то в угол. Потом, погасив папиросу, спросил: - Ну, Иван Сидорович, что будем делать с Мальцевым?

Бортов ответил вопросом на вопрос:

–  Что будем делать с Федоровичем и Мальцевым, Кирилл Прокофьевич?

–  О Федоровиче другой разговор. Я считаю, Мальцев всему вина. К тому же эта статейка… Может, стоит ею заняться, посмотреть. «Липой» попахивает от нее, мне кажется.

Бортов снова заступился:

–  Мне статью Мальцев показывал, советовался, Я считаю, статья полезная, молодежь прочитает с интересом. И пусть Федорович не наводит тень на плетень. Мальцев - честный коммунист, и он не пойдет на авантюру - присваивать себе подвиг других.

–  А вы уверены?
– спросил Загубисало.

–  Вполне.

–  Но я попытаюсь убедить вас в обратном.

–  Что вы имеете в виду?

–  Ничего. Я просто хочу вам открыть глаза. Вы слишком рьяно его защищаете, Иван Сидорович. Хотя очень мало знаете. Мальцев - анархист. Он делал на Севере самостоятельные вылеты. Не выполнял указания старших в бою. Заставил плясать на столе артиста. Пил. Издевался над женой… И вот вам новый факт - приписывает себе славу других.
– Загубисало крупными шагами заходил по кабинету.
– Может быть, еще несколько фактов надо - найду, Иван Сидорович, найду.

–  Довольно, Кирилл Прокофьевич, - твердо сказал Бортов.
– Вижу, наскребли много «фактиков», но они требуют проверки и еще раз проверки…

Это резкое замечание, но всему было видно, задело Загубисало, но он промолчал.

–  Я больше не нужен?
– обратился Бортов к командиру.

–  Идите отдыхать.
– Загубисало не глядя подал руку Бортову.
– Утро вечера мудреней…

Стояла осенняя крымская ночь. Небо вызвездило. На горизонте, далеко-далеко над морем, догорала полоска зари. Воздух был свеж и легок, со стороны жилого городка тянуло яблоневым ароматом.