Лицо отца помрачнело еще больше, на лбу появились суровые морщины.

– Что ж, поступай как знаешь, – сказал он и вышел из комнаты.

Мама тенью последовала за ним. Вера проводила ее потухшим взором и в изнеможении прикрыла глаза.

Такой прекрасный день и так закончился! Она взяла кольцо со стола, ушла в свою комнату, разделась, легла.

Никто не заглянул к ней, ни пожелал ей спокойной ночи. Но Вера была обижена на родителей не меньше. Они оскорбили ее своим недоверием. В голове назойливо крутилась всплывшая в памяти фраза: «Любят не за что-то, а вопреки всему». Ведь любит же мама отца, несмотря на его недостатки, и он ее любит, хотя у нее куча комплексов. Так почему же к Стасу предъявляют такие высокие требования? Кольцо тускло поблескивало в открытой коробочке. Теперь не было нужды его прятать, но Вера вдруг осознала, что не сможет завтра надеть его на палец. «Как с теми ходиками», – подумала она и провалилась в тяжелый сон без сновидений.

А утром Вера приняла нелегкое решение вернуть Стасу кольцо. Трусливый поступок, но необходимый.

Они созвонились, а ближе к вечеру встретились возле «Белых парусов».

– Что случилось? Почему я не могу заехать за тобой как обычно? – сразу же спросил Стас, едва Вера села в машину.

Она не собиралась пересказывать ему весь скандал, однако, начав говорить, не смогла удержаться и выложила большую его часть; смягчив некоторые места. Стас слушал молча. А потом завел машину.

– Куда мы едем? – спросила Вера.

– Ко мне. Нужно же где-то переварить эту манную кашу.

Вера согласилась. Сейчас им было не до веселья.

Как только они оказались у Стаса дома, он протянул руку.

– Дай мне кольцо, – попросил он.

Вера отдала. Стас положил бархатную коробочку в шкатулку, стоящую на полке. Сердце Веры кольнуло так, будто в него воткнули раскаленную иглу.

– Пусть оно побудет здесь, – сказал Стас, обернувшись к ней. – Все равно ты скоро будешь носить его, потому что по-другому просто не может быть. И ты это знаешь, и я это знаю, и твой папочка это знает, поэтому и бесится.

Стас обнял ее. На глазах у Веры выступили слезы, но она прогнала их, моргнув несколько раз. Она ощутила тепло его дыхания у себя на шее. Он крепко прижал ее к себе и стал шептать ей на ухо:

– Я все время думаю о тебе, принцесса. Я хочу, чтобы мы были вместе, всегда, только ты и я, и никого больше…

Он принялся ее целовать, сначала нежно, потом более страстно. Вера отвечала ему с не меньшим пылом, но когда рука Стаса легла на пуговку ее блузки и, чуть помедлив, расстегнула ее, Вера выдохнула:

– Нет!

И вовсе не испуг руководил ей. Просто она осознала, что если это случится между ними сейчас, именно в этот момент, то потом опять ее будут мучить сомнения, что она совершила ошибку, поддавшись минутному порыву. На такую ошибку она не имела права. Это было нечестно не только по отношению к ней самой, но и по отношению к Стасу.

– Почему нет? Мы же любим друг друга, шепнул Стас, его губы и руки стали настойчивее.

Вера с трудом вырвал ась из их плена.

– Да пойми! – отчаянно произнесла она, торопливо запахивая кофточку. – Я не хочу, чтобы это случилось вот так. Будто нас толкает к этому не любовь, а отчаяние.

Стас посмотрел на нее. Его затуманенный взор постепенно принял осмысленное выражение.

– Черт! – выругался он сквозь зубы, заправляя выбившуюся рубашку в джинсы. – Прости. Я совсем голову потерял. Я понимаю. Не слишком удачное время. Да? – произнес он, и Вера улыбнулась. Она так ждала от него этих слов.

– Нам не нужно здесь оставаться, – произнес он решительно. – Я знаю, куда мы поедем.

И он повез ее на Воробьевы горы.

Стас не стал глушить мотор, когда они оказались возле ее дома. Он развернулся к ней, положил руку на сиденье:

– Ты уверена, что хочешь домой?

– У меня нет выбора, – ответила Вера.

– Выбор всегда есть. Но не будем рисковать. – Стас улыбнулся. – Помни, что я люблю тебя, принцесса.

– Хорошо.

– Что хорошо?

– Буду помнить. – Она улыбнулась, чтобы не волновать Стаса.

Дверь открыла мама. Просто открыла и ушла.

Вера хотела сказать ей, что она вернула кольцо Стасу, и восстановить хрупкий мир, но тут вышел из комнаты отец, и вчерашний кошмар обернулся новой головной болью.

– Я видел, тебя привез Стас.

– Да.

– Значит, вы были вместе?

– Да.

– Ты могла хотя бы позвонить нам.

– Я не думала, что так поздно, – сказала Вера, взглянув на часы. Они показывали ровно час. Как в тот первый злополучный вечер.

– И он, надо полагать, тоже не думал об этом? Или ему было просто наплевать? Все, Вера, – не допускающим возражения тоном сказал отец. Все! Нам с мамой достаточно осенней эпопеи. Отныне я должен знать каждый твой шаг. Тебе ясно?