Конечно, этому способствовала и сила, содержащаяся в самих камнях, и очевидно, сыграла основную роль во всем этом, но удались человек своею мыслью чуть далее этого и отклонись немного в сторону более материально или реально, такого бы не произошло.

 Значит, не нужно быть настолько умным, чтобы не понять то самое, о котором я говорил. Если и брать чужое на себя, то только не из-под себя доставая, тоесть не выкладывая своего в чье-то внутреннее достоинство, ибо оно падет сразу в уровне и непременно скажется на вас его тождеством, тоесть равнозначностью, что поспособствует и вашему уничтожению.

 Не нужно также быть особым умником, чтобы понять и другое. Если сразу окунуться в чью-то чистоту и не понять ее основной смысл, то вполне возможно в ней же и завершить свое существование, ибо это также сказывается на единоличии, как и предыдущее. Поэтому, вывод однозначен.

 Надо двигаться одному, постепенно укладывая свои знания, абсолютно не подвергаться какому-либо насилию,тоесть не претендовать на чье-либо возвышение, а довольствоваться своим и усилять свое собственное значение путем упорядочивания своей жизненной занимаемой позиции в общем образе выражения такого же другими.

Иными словами, надо идти в ногу с другими, но при этом не отставать и не особо тянуться вперед. Это и есть классификация любого живого существа, способного к измышлению в составе общей среды окружения.

Наверное, читатель, скорее всего, удивится такому словоизречению в моем рассказе. Но после того злополучного приключения прошло достаточно много лет, и я все же кое-чему обучился и добился своего в том же обществе, хотя на это пришлось потратить довольно много времени и усилий. Но об этом несколько позже, а сейчас, я продолжу свой рассказ, невзирая на все идущие ко мне мысли.

Итак, я преследовал команду и старался быть незамеченным сразу со всех сторон. Не знаю, насколько мне это удавалось, но спустя некоторое время я заметил, что сильно отстаю от преследуемых, а порой и вовсе не успеваю проследить, в какую сторону они прошли. И тогда, мне пришло в голову, что нужно обогнать их стороной и дождаться там, куда, скорее всего, они и направлялись. Думаю, не стоило большого труда это понять, ибо шли они, судя по всему, в направлении гористой местности.

Я остановился и призадумался. Как бы мне это совершить. Мысль подняла мимолетно мою голову вверх, и я с великой радостью обнаружил, что вполне смогу это сделать пробираясь по верхушкам деревьев, а не заниматься толкотней внизу.

 Я тут же вскарабкался на ближайшее дерево и почти достиг его вершины, как вдруг снизу послышался небольшой шум, и я на секунду замер.

– Черт тебя побери, - ругался кто-то внизу, куда же он подевался?

– Не знаю, - отвечал кто-то другой,- может, убежал вперед. Пошли быстрее, - и они скрылись из виду.

Изо всего этого я понял, что оказался сам на примете у тех двух, которые были изгнаны помощником капитана, несмотря на принятые мною меры предосторожности.

Понял и другое, что во всяком деле нужно терпение. Именно его и не хватило мне в самом начале этого преследования.

 Но, слава Богу, все обошлось, и теперь, я мог свободно чувствовать себя в своих действиях. Но мысль мыслью, а решение оказалось гораздо труднее. Не везде верхушки сходились и не всегда были переплетены между собой толстой травяной нитью. Поэтому, мне пришлось идти, словно по каким ступенькам: то вниз, то вверх, используя при этом силу рук и особую упругость моих ног.

Надо сказать, что прыгать я научился еще в детстве, играя с другими в подобные игры. Поэтому, такое движение среди ветвей деревьев особо меня не затрудняло, и я с успехом продвигался вперед, начиная обгонять преследуемых.

Конечно, мне приходилось быть достаточно осторожным и не терять бдительность. Кроме этого, я старался воспроизводить наименьший шум, чтобы не привлечь чьего-то внимания со стороны. И это, надо сказать, мне удавалось.

Но вот, спустя некоторое время, наступил период общего бега. Так я назвал перемещение тварей по земле из одной стороны в сторону другую.

Как и вчера, оно немного запаздывало по самому времени. Вскоре до меня донеслось общее возрастающее разноголосье, и я на некоторое время прекратил все свои движения.

В отличие от меня, на земле оно продолжалось. Мои подопечные продвинулись далее и уже почти достигли меня самого, как вдруг их самих настигло то ,что было озвучено самой природой.

 Уж, не знаю, что происходило там внизу, но наверху, где я пребывал, словно пронесся ураган.

Мимо меня пронеслось огромное количество животных, сметающих на своем пути солидное количество листьев и частично уничтожая переплетения травяной нити.