Страдальцы мои прыснули со смеху.

– Хотим, - говорю, - Николай Николаевич, познакомиться с вашим

мастерством.

– А, экскурсия! - Он взглянул на часы. - Занят, конечно... Но

юным экскурсантам отказать не могу.

Русаков отложил инструмент, которым работал, и стал вытирать руки

ветошью. Это толстая, но очень мягкая тряпка.

Дал по лоскутку ветоши ребятам. Те тоже вытерли руки и спрятали

свои ветошки на память.

Николай Николаевич, видя это, улыбнулся.

– Ну как, - спрашивает, - теперь готовы разговаривать?

– Готовы!

– В таком случае скажите, что вы знаете о Волховстрое. Слыхали

про такой?

Алеша быстро взглянул на меня. Я кивнул.

– Знаем, - ответил он твердо.
– Дедушка рассказывал. Это недалеко

от Ленинграда. На реке Волхов. Большая-большая электростанция. Самая

первая советская.

Саша добавил:

– Там водопад устроили, чтобы крутились турбины. Это такие

большие колеса.

– Все это правильно, - согласился Русаков. - Но главного не

сказали. Чьими же заботами был создан Волховстрой?

– Ленин... Это Ленина забота! - воскликнул Алеша, опережая

приятеля.

– Правильно, - опять сказал Русаков. - Но для Волховстроя кроме

турбин требовались электрические машины. Иначе не получишь тока. Их

изготовил наш завод "Электросила".

Русаков продолжал:

– Никогда еще в России не делали таких больших и сложных машин. А

Владимир Ильич: "Не робейте, товарищи. Зимний штурмовали? Капиталистов

изгнали?.. Уверен, что сумеете и невиданные машины построить!" И

построили. Без капиталистов. Своим умом. На удивление всему миру.
–

Николай Николаевич улыбнулся мальчикам. - Вот на каком вы заводе...

Знаменитый завод. Теперь из разных стран приезжают, чтобы купить

электрические генераторы с маркой "СССР. "Электропила"".
– И добавил:

– А станки какие у нас, а оборудование... Это же чудо техники!

Мальчики переглянулись. В недоумении пожали плечами и опять

уставились на некрашеный стол.

– А почему вас обижают?
– сказал Саша.
– Даже станка вам не дали.

Там везде кнопки, а у вас?

Русаков, смеясь, перебил:

– И у меня кнопки! - Он был в комбинезоне и показал на свои

большие карманы. - Смотри: вот тут вместо пуговицы кнопка и тут

кнопка. - Посмеялся и сказал: - Но шутки в сторону. - Он стал

серьезным. - Запомните, ребята: без этого простого стола - он

называется верстак, - без молотка, зубила, напильников и без этих вот

рук слесаря-инструментальщика не сделать ни одной на свете машины. Ни

электрической, ни паровой, ни автомобиля, ни велосипеда, ни мясорубки,

ни детского волчка...

Саша вынул авторучку. Кажется, хотел что-то возразить.

А Русаков:

– Школьная авторучка! И она рождается на таком же простом

столе-верстаке. Как и перышко к ней. - Тут Русаков кивнул мне: -

Давайте-ка, дедушка, внучат поближе к верстаку.

Я поставил обоих на подвернувшийся под руку ящик, а Русаков

разрешил им облокотиться о верстак.

– Видно теперь, ребята? Ну, смотрите внимательно. Вот это мое

главное устройство.
– И он провел руками по двум железным горбикам.

– Это тиски, - сказал Алеша. - В школе тоже есть. Только нас к

ним еще не подпускают. Они для старшеклассников.

Русаков продолжал:

– Смотрите дальше. Выбираю нужную мне стальную плашку и зажимаю в

тиски... Вот так - накрепко, чтобы не шелохнулась плашка. Теперь можно

работать. - И он провел по плашке напильником. - Начинаю, ребята,

готовить штамп.

Русаков поднял глаза на меня:

– Как бы это объяснить ребятишкам: "штамп"?

Я пришел Николаю Николаевичу на выручку.

Напомнил ребятам, как они малышами возились в ящике-песочнице.

Под руками формочки - деревянные, пластмассовые. Набьешь формочку

сырым песком, опрокинешь на скамейку - получается кулич.

Опять набиваешь формочку. Опрокинешь - второй кулич.