упоминание на первой странице «Невинной жертвы», причем добав¬

ляла, что в прошлом году она не стремилась прочесть ее, а вот теперь

обращается к нему с этой просьбой. Она замечала, что тогда и сейчас

она одинаково искренна.

Встречи в Венеции, разговоры об искусстве буквально опьяняли

Элеонору. Когда-то Бойто привел ее к триумфу в шекспировской

Клеопатре, благодаря ему она испытала радость, воплотив на сцене

истинное произведение искусства. Теперь ей казалось, что в Д’Аннун¬

цио она нашла поэта, способного при желании создать для нее про¬

изведение, которым она достойно завершит свой беспокойный путь в

искусстве.

16 ноября Дузе отправилась в длительное турне по Германии.

Штуттгарт, Мюнхен, Франкфурт, Карлсруэ, снова Франкфурт, Ган¬

новер, Гамбург, Берлин, Дрезден, Магдебург — вот города, в которых

она играла. 18 декабря 1894 года в Берлине она в последний раз вы¬

ступила с актерами Чезаре Росси.

Вскоре Элеонора безоговорочно приняла предложение импресса¬

рио Шурмана о подписании контракта сроком на восемь лет.

После заключения этого контракта она продолжала свой полный

борьбы и труда, но славный путь к вершинам искусства.

В 1895 году, во время короткого отдыха в Венеции (по всей веро¬

ятности, в феврале), Элеонора снова встретилась с Д’Аннунцио. Пос¬

ле бессонной ночи она вышла на заре подышать воздухом и случайно

столкнулась с поэтом, выходившим из гондолы. Они говорили об ис¬

кусстве, о театре, о поэзии, а сердца их уже заключили меж собой

тайный договор. В эти минуты Элеонора решила снова отправиться

за океан и заработать деньги, чтобы осуществить свою заветную

мечту.

Пригласив на первые роли актера Альфредо Де Санктиса 126, она

отправилась в турне по Европе, исколесив ее за год из конца в конец.

Свои гастроли Дузе начала 5 марта в Голландии, где еще не бывала,

а в декабре она играла уже в Дании, затем в Швеции. Несмотря на

мировую известность и недавние триумфальные выступления на сце¬

пах Голландии и Германии, в Брюсселе Дузе снова оказалась перед

полупустым залом. Это случилось 17 марта. Но, как и следовало

ожидать, едва только Маргерит Готье появилась на сцене, немногочис¬

ленные зрители встрепенулись, словно их ударило электрическим то¬

ком, и овациям, казалось, не будет конца. «Индепанданс бельж» с во¬

одушевлением признавала: «Дузе показала нам подлинное чудо, не¬

ожиданное в своей простоте, чувства утонченные и в то же время

убедительные, верные и столь правдивые, что, кажется, она открыла

нам Америку». А когда эхо триумфальных выступлений Дузе в Брюс¬

селе докатилось до Парижа, великосветская газетка «Ла ви паризь-

еи», всегда очень суровая и требовательная к мастерам сцены, заяви¬

ла, что Дузе «произвела революцию в Брюсселе».

25 января 1896 года Дузе села в Ливерпуле на пароход и отпра¬

вилась в Америку, где предполагала дать шестьдесят три спектакля

в Нью-Йорке, Вашингтоне, Бостоне, Филадельфии, Нью-Хейвене и

снова в Ныо-Йорке. К ее приезду по людным улицам этих городов

разъезжали огромные трамваи, на которых можно было увидеть

анонс из светящихся букв: «The Passing Star Eleonora Duse» *.

А «блуждающая звезда» неизменно требовала одного: чтобы ее

оставили в покое многочисленные репортеры. Наконец, по настоянию

Шурмана, она приняла одну журналистку и объяснила ей, что ее от¬

каз встречаться с репортерами вовсе не означает недостаточного

уважения к печати, а объясняется естественным желанием отдохнуть

после спектакля. «Отвечать на вопросы тех, кто является ко мне в

гостиницу, — говорила Дузе, — кто задает сотню нескромных вопросов

под тем предлогом, что актриса принадлежит публике,— это тоже тя¬

желый труд, к тому же труд неблагодарный. Потом, кроме всего

прочего, по-моему, актриса на сцене всегда должна казаться новой,

не надо показывать зрителю, из чего сделана игрушка, которой им

предстоит забавляться».

Журналистка написала статью, где в точности передала слова