– Имеешь в виду ту пародию на кофе, которую готовят здешние пищевые комбайны?

– А вот и нет! У меня в кабинете стоит кофемашина... Между прочим, на базе это считается роскошью. Так что можешь сделать себе чашечку и насладиться вкусом, а я пока сниму миограмму у моего эмбриончика.

Кофе и впрямь оказался отменным. Удобно устроившись с горячей чашкой прямо в кресле Аны за её столом, Алекс через открытую дверь смотрел, как девушка работает - быстро, точно, не делая ни одного лишнего движения. Какая же она всё-таки красивая! А уж сейчас, увлечённая любимым делом, в белоснежном халате, она казалась ему просто совершенством. Сумеет ли он когда-нибудь занять в её сердце место Фольбера, будь тот неладен? И угораздило же Ану полюбить такого подонка... А может, вовсе и не подонка, сердито поправил себя Алекс. Ничего пока толком не доказано, да и Макс вполне мог ошибаться. В одном только почти нет сомнений - в том, что Фольбер мёртв. А значит, шансы есть.

Только сейчас стажёр заметил ещё кое-что, явно не предназначенное для посторонних глаз. То, что он поначалу принял за стену, оказалось раздвижной перегородкой, и за ней с того места, где сидел Алекс, виднелся краешек кровати. Оказывается, Ана не только трудится здесь, но и живёт. Ну а что, удобно - проснулся, позавтракал, и вот ты уже на рабочем месте, не нужно никуда идти. Стажёру до ужаса захотелось заглянуть за перегородку, он даже привстал, но вовремя одумался. Такого наглого вторжения в личное пространство девушка ему точно не простит.

Хронометр на столе пискнул, сообщая, что наступил полдень, и Алекс подскочил, как ужаленный. Чёрт, ведь ему сегодня до обеда необходимо явиться в информслужбу! Ну надо же, совсем забыл... Хорошо хоть, идти недалеко, благо это здесь же, на четвёртом ярусе.

– Ана, боюсь, мне надо бежать, - крикнул он.
– У меня ж тут одно дельце...

– Какое ещё дельце?
– девушка выглянула из лаборатории, не прекращая при этом стремительно заносить информацию в планшет.
– Выпить пива с этим нытиком, Максом?

– Да нет, я серьёзно. Мне с утра прислали сообщение, что моя карточка с какого-то перепугу требует перепрошивки, и необходимо посетить ваших компьютерных гениев, иначе конец всему... Кстати, ты не знаешь, такое часто случается? А то что-то я немного побаиваюсь.

– Не бери в голову. Обычная процедура, мне тоже перепрошивали ключ пару лет назад. То ли ошибки какие-то накапливаются, то ли ещё что... не разбираюсь в этом. А бывает, что информация сразу пишется криво, как у тебя.

Ана задумалась о чём-то своём, глядя в планшет, затем неожиданно подмигнула Алексу:

– Кстати, если подождёшь меня минут пятнадцать, то составлю тебе компанию. Хочу повидать одного своего знакомого, тем более что есть повод.

Помимо воли в глубине души у стажёра вновь шевельнулась ревность, и он мысленно выругал себя последними словами. Ана работает на базе не первый год, стоит ли удивляться тому, что у неё здесь немало друзей и просто приятелей? И уж, конечно, нет никаких причин думать, что со всеми этими людьми девушку связывают романтические отношения. Лучше взглянуть на это дело с практической стороны - уж коль знакомец Аны работает в информслужбе, наверняка он знает множество интересных вещей, в том числе и таких, о которых предпочитают умалчивать. Вдруг и тут удастся что-то выудить?

– Догадываюсь, о чём ты думаешь, - девушка словно прочитала мысли Алекса.
– Но сразу могу тебя разочаровать. Коллбэк Флай человек настолько неординарный, что вряд ли ты найдёшь с ним общий язык.

– Как, как ты сказала, его зовут?
– стажёр изумлённо уставился на Ану.

– Коллбэк Флай.

– А это точно человек? С таким-то именем...

– Он предпочитает, чтобы его называли именно так, - усмехнулась девушка.
– А его настоящее имя только одному кадровому департаменту, наверное, известно. Сказать, что он гений - значит, не сказать ничего.

– Ах, даже так?
– Алекс как ни пытался, всё-таки не смог удержаться от сарказма.
– Ну, тогда ты, безусловно права - рылом я не вышел разговаривать с гениями...

– Не говори ерунды, дело совсем в другом, - в голосе Аны прозвучало лёгкое раздражение.
– Просто, видишь ли, Флая не интересуют люди. Вообще, никакие. И окружающая реальность тоже. Всё, что нужно ему в жизни - это сети, процессоры и программы. Если не ошибаюсь, во всей Федерации есть ещё с десяток таких же больных на всю голову, с которыми он общается - в виртуальном пространстве, разумеется. Словом, типичный отшельник, мизантроп и "вещь в себе", но при этом профессионал высочайшего класса.

– Хм, и вот с таким человеком ты находишь темы для разговоров?
– недоверчиво протянул Алекс.
– Ведь не обсуждаешь ты с ним тонкости протокола гиперсвязи!

– Нет, разумеется. Мы говорим о поэзии Доранго.

– О чём?!
– от удивления стажёр едва не подавился последним глотком кофе.

– Ты тоже никогда об этом не слышал? Не переживай, Доранго - удел узких специалистов и чокнутых любителей, типа нас с Флаем. Знаешь, мне ещё в детстве попалась книжка на эту тему, толстая и обстоятельная... и с тех пор я этим заболела. Правда, биология в итоге перевесила, так что космоархеолога из меня не вышло.