поддержку, естественно за определённую мзду, так, что Фросе надо будет вооружиться

спиртным и денежками.

– А дальше подруга будем смотреть, когда и как рванёшь за Семёном, Андрейка останется

у меня под присмотром, скоро наступят летние каникулы, вот и будет с моими

девчонками на речку бегать, купаться, рыбку ловить, а когда и Коля его на настоящую

рыбалку возьмёт с собой, раз нам бог сына не сподобил, пусть мужики получают

удовольствие от общения друг с другом, по весне такую знатную рыбку ловят, что тебе и

присниться не может...

– Ах, да, Аглашенька, тут ко мне заходил Алесь, я потом тебе расскажу о нашем

разговоре, но пока у меня к тебе ещё одна большая просьба, пусть он поживёт в твоей

времянке, пока я буду в отъезде, ведь ты знаешь, как Андрей за ним гоняется, пусть

насладится общением с отцом, ему это только на пользу...

– Вот, это да! О чём может быть разговор, конечно, конечно, можешь не волноваться, я за

мужиками пригляжу...

Фрося обняла свою подругу и облила слезами:

– Аглашенька, чтоб я без тебя делала?!...

Я уже говорила Григорию Матвеевичу, что я очень счастливый человек, на моём

жизненном пути встречаются только хорошие люди.

– Дурочка, ты дурочка, это ты очень хорошая, я же понимаю, что скоро уедешь из этих

мест навсегда и что я буду без тебя делать. Я так к тебе привыкла.

И Аглая залилась вместе с Фросей слезами...

Фрося добралась до Сосновска с не в меру говорливым парнем, работавшим вместо

Семёна на его ЗИСоньке, договорились о месте и времени встречи, разбежались по своим

делам.

Достаточно быстро она нашла районную больницу и в регистратуре обратилась к

женщине, которую рекомендовали Аглае для содействия Фросе.

Та вышла наружу от окошка регистратуры, расспрашивая Фросю шёпотом, какую

информацию та хочет получить.

В карман медработника легла купюра в размере ста рублей и это очень оживило их

разговор.

Не прошло и пол часа, а Фросе уже было известно, что у Семёна Вайсвасера зашевелился

осколок в области сердца, полученный чуть ли не пятнадцать лет назад во время войны,

что это смертельно опасно, он нуждается в очень сложной операции, которую, конечно

же, здесь сделать не смогут, да, и смогут ли где-то, тоже неизвестно, поэтому ему дали

направление в Москву на обследование, и срочное решение чрезвычайно важного для

него вердикта специалистов.

Кроме этой информации работник регистратуры могла только добавить то, что Семён

направлен в центр кардиологии в Москве, что его жизнь находится в зоне риска, но надо

надеяться на опыт знаменитых докторов.

С этой информацией Фрося поспешила на вокзал, где выяснила, каким образом доберётся

до Москвы, забронировала билет, расстроенная, но полная энтузиазма отправилась в

Таёжный готовиться к срочному отбытию в столицу, отлично сознавая какие трудности ей

предстоит преодолеть в ближайшем будущем.

На сей раз, она отправлялась в длинную и сложную дорогу уже не в осень, а в разгар

весны, когда с каждым днём становилось всё теплей и теплей, и спрятать на себе крупную

сумму денег было уже сложно.

Но и тут подруги нашли выход, который их двоих насмешил до слёз.

Фрося внезапно стала беременной с порядочным животиком, месяцев на пять-шесть,

подушечка с деньгами это хорошо инсценировала.

Андрей воспринял отъезд мамы очень даже спокойно.

Он был весь в предвосхищении скорого прихода в их дом отца, с которым им предстоит

жить опять под одной крышей, а это сулило возобновление занятий по языкам, истории,

географии и по другим гуманитарным предметам.

Начался рыбный сезон и он горел азартом будущих выездов с взрослыми,

полюбившимися ему по зимней охоте дядей Колей и дядей Васей с его Петькой, а может

быть ещё, и папа сподобится.

Фрося не посчитала нужным прощаться с Алесем, возложив на Андрейку задачу,

поставить того в известность, что она уехала и он может вернуться во времянку.

Всё было готово к отъезду и вначале мая она отправилась опять в неизвестность.

Аглая только качала головой, деревенская девка, для которой десятитысячные города