Тем временем пришелец развернулся и сделал шаг навстречу наглецу, продолжая, однако, держать Рей на прицеле и следить за ней краем глаза.

— Это что там такое? — тяжело пробасил он. — Еще одна малолетняя шавка подала голос?

Честно говоря, он был немного удивлен, не рассчитывая обнаружить на одноместном фрахтовике кого-то еще.

Добравшись до жилого отсека бесалиск наконец увидел сидящего на небольшой скамье в тени от генератора установки оксидирования молодого мужчину с бледным лицом и копной темных кудрей. Бен сохранял неподвижность, хотя в душе у него — Рей не сомневалась в этом — теплилось отчаянное желание опрокинуть часть фюзеляжа на голову глупому выродку из системы Оджом. Вероятно, Кайло Рен так бы и сделал…

Внушительного вида обрюзгшая туша нависла над Беном. Однако тот по-прежнему не двинулся с места. Бесалиск тут же смекнул: если парень не пытается защищаться, даже на ноги не поднимется, тут что-то не так…

— Ба! Так ты еще и ходить не можешь, — догадался пришелец уже через секунду.

На сей раз его голос прозвучал как-то неуверенно. В нем появились — казалось, невольно — нотки сострадания, естественные для всякого разумного существа, видящего чужое несчастье, которому не в силах помочь.

— Я бы выбил тебе все зубы, малец, не будь ты калекой.

Бен молча поднял взгляд. Воспоминания о горниле Мустафара — о наркотиках, о постоянных побоях, о цепях, сковывающих его руки и ноги, о ядовитом черве, раз за разом беспощадно сосущем кровь и жизнь из его тела, о призраках, которые окружали его там, в проклятом замке, и сводили с ума, об унижении и полной своей беспомощности — воскресли вдруг в его душе и в бархате его глаз так живо и болезненно, что бесалиску вдруг явно стало не по себе.

— А ты рискни, — с вызовом предложил Бен, — поглядим, что выйдет.

— И что ты мне сделаешь?

Незнакомец угрожающе сжал кулаки. Хотя на деле, похоже, вовсе не собирался драться, а только хотел припугнуть зарвавшегося мальчишку.

— Я… — ответил Бен, по-прежнему пронзительно глядя прямо в глаза противнику, — сниму твою шляпу и брошу другим акулам.

Шляпу? Что за шляпа?

Рей непонимающе нахмурила брови.

Лишь мгновение спустя она догадалась, что юноша перешел на кодовый язык контрабандистов. Очевидно, он угрожал рассказать товарищам этой твари о том, что здесь происходит.

Контрабандисты, как и любое преступное братство, существуют по собственным законам, которые должны быть известны каждому, кто смеет называть себя «акулой». Это — закон среди беззакония, воровской кодекс, необходимый, чтобы держать в узде тех, для кого не существует иных рамок. Такой же противоречивый и при этом незыблемый, как закон волчьей стаи. И одно из самых главных правил запрещало обворовывать других членов братства.

Незнакомец помолчал немного, явно призадумавшись.

— Я хорошо знаю всех дельцов в этом секторе. Как твое имя, мальчик?

— Соло, — уверенно выпалил Бен. И добавил: — Джо. Джонаш Соло.

Теперь Рей распереживалась еще больше, на ее личике проступили очертания гневной гримасы. Право же, стоило столько времени укрывать этого дурака, если он теперь вот так просто называет всем подряд свою настоящую фамилию?

— Соло? — бесалиск растерянно почесал затылок. — Ты часом не родственник Хану Соло?

— Троюродный племянник, — соврал Бен, не моргнув и глазом.

Незнакомец сподобился наконец опустить оружие и протянул Бену руку для приветствия — немного скованно, но в целом со вполне искренним дружелюбием.

— Ганнис Дукейн, — назвался он.

Дукейн? Что-то знакомое…

«Я угнала у Ункара Платта, он угнал у ребят-Ирвингов, а те у Дукейна…»

«А Дукейн угнал у меня».

— Я о вас слышала, — выпалила Рей. — Это вы украли у Хана Соло «Тысячелетний сокол».

— Украл? — возмутился бесалиск. — Я только забрал то, что мне причиталось! Знаете, сколько задолжал мне этот сукин сын? А с него попробуй спроси. Его приятель, этот мохнатый проходимец с Кашиика, кому угодно шею свернет…

Бен слегка поморщился. Очевидно, вся эта история была ему неприятна. Видя его лицо, Рей даже пожалела о том, что вообще напомнила о «Соколе», который, как она успела понять, был дорог для Бена. Память о детстве…

… и об отце.

— Довольно, — немного резковато оборвал юноша обоих. — Дело былое. Лучше расскажи-ка, брат, что тебя привело в эти края?

Дукейн досадливо махнул всеми четырьмя руками.

— Известное дело, парень. Первый Орден сейчас у власти, значит, нашему брату лучше вести себя тише воды…