По очереди поцеловав руку бабушки в знак почтения и любви, девочки сели по обе стороны от неё.

— Как ты, Айше? — приобняв внучку, спросила Хюррем Султан.

— Хорошо, — улыбнулась в ответ девочка также обезоруживающе, как когда-то улыбался маленький Баязид, и Валиде Султан внутренне содрогнулась от воспоминаний.

Обратив взгляд к Михрумах, Хюррем Султан поникла, проницательно заметив мрачность и рассеянность внучки.

— Михрумах? Что с тобой?

Девушка вздрогнула и натянуто улыбнулась бабушке.

— Со мной все хорошо, Валиде Султан.

Не поверив, Султанша повернулась к Айше.

— Айше, сходи-ка на террасу. Посмотри, прохладно ли там? Мне хочется подышать свежим воздухом.

Оставшись наедине с Михрумах, не считая Фахрие-калфы, Валиде Султан приобняла её за плечи.

— Михрумах. Ты со мной можешь поделиться всем. Что тебя так огорчило?

— Дэфне, — хмуро ответила девушка.

— Дэфне? — изумлённо переспросила Султанша, на мгновение встретившись взглядом с напрягшейся Фахрие-калфой.

— Она предала отца! Предала его память!

Валиде Султан отшатнулась от внучки, помрачнев.

— Что ты такое говоришь? Что значит «предала память»?

— Дэфне тайно встречается в саду с Шехзаде Орханом! Он пишет ей письма. Я прочитала одно из них. Каждая строчка о его любви и страсти к ней!

Всхлипнув, Михрумах резко поднялась с тахты и спешно покинула покои, оставив Хюррем Султан в поражённом молчании.

— Султанша, — раздался голос Фахрие-калфы в покоях, погружённых в звенящую тишину. — Простите…

— Что ещё?

— Вчера я видела, как Дэфне-хатун ускользнула в сад. Я направилась следом за ней, чтобы проследить. Но не смогла отыскать её.

После недолгого задумчивого молчания Хюррем Султан покачала рыжеволосой головой.

— Сегодня и я видела её прячущуюся в плаще и удаляющуюся из дворца. Неужели, правда?

— Похоже, что да, госпожа. Что вы будете делать с этим?

Дворцовый сад. Ореховая роща.

Под высоким деревом грецкого ореха, скрытые в его тени, на постеленном на зелёной траве плаще Шехзаде Орхана сидел, поглаживающий тонкие пальцы на правой руке Дэфне, которая, поджав под себя ноги, скрытые за длинным платьем и плащом, положила светловолосую голову на его широкое плечо.

— Завтра я покидаю Стамбул и возвращаюсь в свой санджак, — раздался голос шехзаде Орхана, наполненный досадой.

Раздался грустный вздох Дэфне, и она, подняв голову с его плеча, обратила серые глаза к его лицу.

— Значит, нам придётся…

— Не придётся! — горячо перебил её Шехзаде. — Хочешь, сейчас же отправлюсь к Повелителю и обо всём расскажу? Пусть знает о моей любви к тебе! Дэфне, уедешь со мной в Манису и мы заключим никях.

Дэфне отстранилась и отрицательно покачала головой, отчего её светлые золотистые волосы засверкали на солнечному свету, который озарил её, едва она отодвинулась от мужчины и из тени дерева.

— Успокойся. Этому не бывать.

Шехзаде Орхан уронил голову в руки на мгновение от бури чувств, охватившей его, после чего резко поднялся на ноги.

Вздохнув, Дэфне тоже поднялась и взяла его плащ, постеленный на траве. Отряхнув его, она передала его Шехзаде Орхану, но тот в порыве злости бросил его в кусты.

— Пожалуйста! — проговорил он, повернувшись лицом к Дэфне и схватив её за руку. — Сбежим вместе. Пусть провалится под землю и мой санджак, и всё, что нам мешает быть вместе.

Дэфне устало вздохнула, пытаясь вырвать руку, но безуспешно.

— Нельзя, Шехзаде. У вас другая жизнь в Манисе. Дети. Жёны. Наложницы. В будущем вы унаследуете трон и станете Повелителем мира! Мира, в котором мне нет места подле вас.

— Не говори так. Твое место рядом с мной.

В порыве чувств он впервые поцеловал женщину, припав к ней в страстном порыве. Растерявшаяся сначала, Дэфне ответила на поцелуй.

— Внимание! — раздаётся подле них громкий голос Сюмбюля-аги. — Валиде Султан Хазретлери!

Испуганные Дэфне и шехзаде Орхан отпрянули друг от друга. Валиде Султан с непроницаемым лицом и тяжёлым взглядом стояла на тропинке, ведущей в ореховую рощу.

Дэфне испуганно поклонилась и сделала несколько шагов навстречу госпоже.

— Султанша.

— Замолчи, Дэфне! — гневно гаркнула Хюррем Султан, сверкнув в злости зелёными глазами. — Какой позор! Прелюбодейство у всех на виду. Отправляйся в мои покои и жди моего возвращения.

Шехзаде Орхан волнительно взглянул на возлюбленную, что обратила к нему испуганные серые глаза, моля о поддержке.