— Разве не ты правитель всего мира? Значит, ты решаешь, что приемлемо, а что — нет. В твоей власти все устои и лишь ты можешь их изменить.

Помолчав, повелитель покачал головой, смотря на ожидающую его ответа жену.

— Как тебе удаётся так легко убеждать меня?

Радостно улыбнувшись, Сейхан Султан бросилась ему на шею, а султан, рассмеявшись, обнял её в ответ.

— Благодарю, повелитель, — пролепетала она, радостно сверкая изумрудными глазами. — Моей любви к вам и благодарности нет конца!

— Учти, Сейхан, лишь обучение. Пусть это будет одним из твоих увлечений. Но главной твоей обязанностью остается воспитание детей, а также не забывай о своих обязанностях управляющей гарема. К тому же, пока Нурбахар в ссылке, присмотри за Селимом и Севен. Из-за ошибки матери они не должны остаться без любви и ласки. На время моего отсутствия в походе вверяю их тебе.

Сейхан Султан согласно и понимающе кивнула, а после, улыбнувшись, поцеловала его и с лукавой улыбкой поманила его на ложе, расстегнув первую пуговицу своего красного атласного платья.

Из воспоминаний султана Мехмета вырвал приход трех его визирей. Ахмед-паша, подойдя к нему сзади с Мехмедом-пашой и Ферхатом-пашой, поклонился султану, который, повернувшись к ним лицом, сдержанно улыбнулся.

— Повелитель, — воскликнул Ахмед-паша. — Войско османов рвётся из столицы. Ожидаем вашего приказа выступать.

— Подождите окончания церемонии прощания, а после отправимся в путь.

Султан, сложив руки за спиной в замок, покинул террасу.

Ахмед-паша, подойдя к перилам, с настороженностью поглядел на то, как Сейхан Султан покидала дворцовый сада вместе с Рейной Дориа. Позади них шли слуги, держа в руках мечи.

— Аллах, сохрани… — покачал паша головой. — Разве возможно, чтобы женщина меч в руках держала?

Мехмед-паша и Ферхат-паша подошли к нему и также посмотрели на удаляющуюся Сейхан Султан в боевой экипировке.

— Не иначе, как ведьма, — прошептал с неприязнью Мехмед-паша. — Ни один мужчина подобного бы не потерпел, а наш повелитель готов весь мир к её ногам сложить и все каноны перечеркнуть! Заколдовала султана.

— Упаси Аллах, однажды она в военный поход отправится и будет нами командовать… Весь мир смеяться над Османской империей будет, если уже не смеётся.

Ахмед-паша и Мехмед-паша мрачно переглянулись после слов Ферхата-паши, содрогнувшись от подобной мысли.

Спустя время…

Топкапы. Султанские покои.

Усталая Сейхан Султан горделиво вошла в распахнувшиеся перед ней двери покоев, завидев стоящих в ожидании султана надменную Шах Султан и задумчивую Хюмашах Султан.

Шах Султан, обернувшись на вошедшую, тут же нахмурилась в недовольстве, взглянув на европейскую корону Сейхан Султан, подаренную той Рейной, а также на платье европейского фасона яркого пурпурного цвета.

— Султанши, — поклонилась Сейхан Султан, встав третьей и последней в ряду.

— Ты, верно, что-то путаешь, Сейхан, — раздался вголос Шах Султан, которая даже головы не повернула в её сторону.

— О чём вы? — насторожилась та.

— Здесь не Генуя, а ты не королева. Подобного рода короны не приветствуются в здесь. Тем более, во дворце самого падишаха.

— Мне приветствия не нужны. Повелителя мои наряды и украшения устраивают — это главное.

Хюмашах Султан и Шах Султан возмущённо поглядели на невозмутимую Сейхан Султан, речи которой были буквально пропитаны самодовольством.

Вдруг двери распахнулись, и в опочивальню вошёл сам султан в тёмно-синем кафтане. Увидев дочь, он изумлённо улыбнулся, так как думал, что она до сих пор зла и обижена на него из-за казни матери. Но Шах Султан неожиданно подарила ему ответную улыбку и поклонилась.

— Отец, — султанша взяла отцовскую руку и почтенно поцеловала её. — Счастливого вам пути.

— Благодарю, Хюма Шах. Как твоё здоровье? Слышал, что ты вновь ребёнка ждёшь.

— Я в порядке, повелитель, — заверила его странно Шах Султан. — Верно. Вскоре я подарю вам ещё одного внука.

Улыбнувшись ей, султан Мехмет подошёл к Хюмашах Султан и позволил той поцеловать руку, а после подошёл к Сейхан Султан. Она, одарив его пронзительным взглядом зелёных глаз, поцеловала его руку.

— Пусть враги склонятся пред вами, повелитель, и перед силой османов. Легкого пути и быстрой победы.

Падишах не сдержал чувств прощании и поцеловал жену в лоб.

— Вверяю вас Аллаху, — воскликнул он, а после удалился из покоев под тоскливым взглядом Сейхан Султан, которая понимала, что с его отъездом она становится беззащитной.