— Эсмехан Султан. Добро пожаловать.

Та, вскользь взглянув на неё, надменно прошла мимо и вошла в гарем, откуда доносились музыка, смех девушек и звон посуды. Увидев сидящую за столом Шах Султан, она улыбнулась, а после села рядом, поймав ответную улыбку.

— Вам всё же удалось устроить это празднество, султанша. Зря я сомневалась.

— Разумеется, удалось, — усмехнулась Шах Султан. — Осталось лишь дождаться, когда Сейхан со своей вездесущей сестрой явятся и освободят покои управляющей. Тогда моя Фериде сможет исполнить задуманное.

Обернувшись на звук приближающихся шагов, Эсмехан Султан и Шах Султан довольно переглянулись, когда в гарем вошла Сейхан Султан в синем роскошном платье и с собранными на затылке волосами. С ней была, как всегда, Рейна Дориа в богатом европейском одеянии.

Гарем умолк на мгновение и поклонился управляющей, которая вместе с сестрой гордо прошествовала по нему к столику. Поклонившись султаншам династии, Сейхан Султан опустилась на сидение, а рядом с ней ее сестра. Шах Султан бросила многозначительный взгляд на свою Фериде-калфу, стоящую вдалеке, которая тут же покинула гарем.

— Всё же решила посетить увеселение, Сейхан, против которого так яро выступала? — воскликнула Шах Султан, насмешливо взглянув на ту.

— Упрпавляющая не может пропустить такое события в своем гареме, — невозмутимо ответила Сейхан Султан.

Сюмбюль-ага и Фахрие-калфа стояли у дверей и наблюдали за всем.

— Наша Султанша покинула столицу, и Шах Султан начала действовать, — смотря на ту, недовольно прошептал Сюмбюль-ага. — Смотри-ка, уже и праздники устраивает в гареме.

— Верно, — хмуро кивнула Фахрие-калфа. — Почувствовала власть. Сейхан Султан вынуждена ей подчиняться.

— Ты говоришь так, будто тебе жаль её, — поморщился евнух, смерив калфу недовольным взглядом. — Неужели на её сторону перешла?

— Я Михримах Султан предана, ага. Но Сейхан Султан кажется мне… такой похожей на Хюррем Султан. Я неосознанно ей симпатизирую.

— Что ты говоришь, Фахрие? — возмутился Сюмбюль-ага. — С Хюррем Султан никто не сравнится! Она была благодетельной, щедрой, понимающей. И лишь с врагами безжалостной. Впрочем, они того заслуживали. Семью свою оберегала. Сейхан Султан же ни на кого, кроме себя, не похожа. Как ядовитая змея брызжет ядом во все стороны, кусает всех и извивается от опасностей. Клянусь Аллахом, истинная змея!

Фахрие-калфа бросила осторожный взгляд на ухмыляющуюся Сейхан Султан, восседающую за столом и переговаривающуюся с сеньорой.

— Михримах Султан похожа на покойную Валиде. Она власть не станет ни с кем делить, — произнесла она так тихо, что Сюмбюль-ага едва расслышал ее слова. — Кровь прольется, Сюмбюль. Наша султанша и Сейхан Султан схлестнутся в борьбе за власть, как львица и змея.

— Аллах сохрани нашу госпожу от этой генуэзски, — покачал головой евнух. — И сестрица ее та еще ведьма, как посмотрю. Не успела в гарем явиться, как пытается Шах Султан на место поставить.

Топкапы. Покои управляющей.

Подойдя к дверям покоев, Фериде-калфа обратила глаза к девушкам, стоящим у них.

— Сейхан Султан послала меня за Элие-хатун, — соврала она.

Девушки отворили перед ней двери, и калфа спешно вошла внутрь, где её встретила Элие-хатун, вышедшая из детской комнаты.

— Кто вы? — насторожилась служанка.

— Хатун, Сейхан Султан приказала мне передать, что ожидает тебя в гареме, — спокойно ответила Фериде-калфа.

— Разве Зейнар-хатун не с госпожой сейчас? Мне было велено оставаться здесь и не оставлять шехзаде одних.

— Пойди, узнай, в чём дело, хатун. Обещаю, за шехзаде я пригляжу.

— Хорошо, — нехотя согласилась служанка, направившись к дверям. — Я быстро.

Оставшись одна, Фериде-калфа спешно подбежала к стене со шкафчиками и принялась лихорадочно копаться в них в поисках чего-то. Вскоре она ухмыльнулась, выудив из одной шкатулки печать управляющей гарема. Сделав слепок печати, калфа убрала последнюю на место, в шкатулку, и закрыла дверцы шкафчиков, а после, воровато оглядевшись, покинула покои.

Топкапы. Гарем.

Празднество тем временем продолжалось. Сейхан Султан и Рейна Дориа о чём-то разговаривали, а Шах Султан и Эсмехан Султан то и дело нетерпеливо переглядывались, когда в гарем вошла обеспокоенная Элие-хатун. Подойдя к своей госпоже, поклонилась.

Сейхан Султан нахмурилась, увидев её перед собой.

— Что ты здесь делаешь, Элие? Ты оставила шехзаде одних?

— Мне сообщили, что вы желали меня видеть, — пролепетала служанка. — Калфа, которую вы отправили за мной, осталась с шехзаде.