– Природа чакры? Это что за хрень, даттебайо?

– Это Элемент, Наруто. Вода, Огонь, Земля, Ветер и Молния, – ответила за учителя Макото.

– Круто, – Наруто восхищенно закивал. – Так чего с листочком-то мне делать?

– Пока ты мысленно вытесывал свое лицо на монументе Хокагэ, я объяснил, что эта бумага пропускает чакру, реагируя на ее природу, – повторил Какаши. – Если ты направишь поток чакры в пальцы, то мы поймем, к какому Элементу принадлежит твоя чакра.

Наруто нахмурил брови и сконцентрировал чакру в кончиках пальцев. Листок будто лезвием разрезало на две половины, после чего Какаши одобрительно кивнул и улыбнулся под маской: предчувствие его не обмануло. Наруто был в щенячьем восторге от этого фокуса, разрезая получившиеся половинки на четвертинки, а потом на восьмушки.

– То, что надо, – произнес Копирующий. – Твой Элемент – Ветер. Так же, как у Четвертого.

– Какаши… – Джирайя покачал головой.

– Я к тому, что Минато-сенсей придумал Расенган, и у него тоже была природа Ветра. Мы сможем завершить эту технику.

– Классно! Классно, даттебайо! Листочек разрезался! – не унимался Наруто. – А если бы не Ветер? Тогда что бы было? Покажите, как у Вас, Какаши-сенсей? Ну, пожааалуйста!!!

Какаши вздохнул и зажал еще один листок между указательным и средним пальцем. Листок смялся, обозначая принадлежность чакре Элемента Молнии.

– Круто! Это Молния, да? – Наруто нетерпеливо переминался с ноги на ногу. – Мако-чан, а у тебя? А у Извращенца? – блондин выхватил из рук Какаши оставшиеся листочки и раздал всем присутствующим. В тонких пальцах Макото листок намок, а на широкой ладони Джирайи появилась горстка земли. – Это Вода и Земля! А у Вас, Харука-сан?

– Прекрати зазря портить инвентарь, – хмыкнул джонин Тумана, возвращая Какаши оставшиеся листочки и давая Наруто подзатыльник. – Ничего нового ты не увидишь. Огнем я совершенно не владею.

– Остался только Огонь, да? – прикинул Удзумаки. – Как у Саске?

– Как у Саске, – подтвердил Какаши. – Теперь, когда мы поняли, что твой Элемент – Ветер, мы сможем завершить Расенган.

– Завершить? – голубые глаза недоуменно уставились на учителя. – Разве Расенган это не супер-пупер крутая мега-техника Четвертого Хокагэ?

– Не надеюсь, что ты помнишь, как я рассказывал вам о рангах техник, поэтому повторю персонально для тебя еще раз. Нинджуцу бывают разных классов, в зависимости от степени концентрации чакры и приложенной силы. Эффективность, дальность и проникновение техники напрямую зависят от способности ниндзя умело изменять параметры своей чакры. Если шиноби выделяет чакру таким образом, что она принимает какую либо форму и сохраняет её, этот процесс называется контролем формы, тогда техника приобретает особые качества и большую силу. К таким техникам относится Расенган или, например, Чидори, – Какаши сформировал на правой руке пучок стрекочущих голубых нитей и ударил ими о землю, оставляя большую воронку. – Я преобразовываю форму чакры в электрический разряд, и сила техники увеличивается. Это техника ранга А, так же как Расенган. И вплоть до этого момента я могу скопировать любую технику, – в доказательство его слов на левой ладони сенсея сформировался аккуратный шарик Расенгана.

– Нечестно!!! Нечестно, Какаши-сенсей! Расенган – это моя супер-техника! Как Вы так легко могли ее скопировать? И вы можете сделать ее одной рукой, а мне всегда приходится использовать клона!

– Подождем, пока успокоится, – махнул рукой Джирайя, глядя, как Наруто тщетно пытается создать Расенган одной рукой.

Наруто еще с минуту помучился, потом сдался и, насупившись, посмотрел на сенсея со смесью обиды и интереса.

– Отлично. Теперь ты вменяем, – Какаши продолжил свое объяснение лично для Наруто, поскольку по флегматичному лицу Харуки и вежливому, но отстраненному вниманию Макото было понятно, что тренировка управления природой чакры не является для них чем-то новым. – Так вот. Когда ты подключаешь к контролю формы еще и контроль природы, техника становится еще сильнее. Например, мой Райкири.

– Знаю, знаю, не хвастайтесь, – все еще обижено пробормотал блондин. – Получается, что Расенган дефективная техника?

– Это голова у тебя дефективная, – отозвался Какаши. – Расенган – техника, идеально контролирующая форму. Это уже величайшее достижение. Добавление природы чакры, если оно вообще возможно, сделает его еще сильнее. Это будет техника ранга S.

– Класс-класс-класс!!! Учите меня скорее, Какаши-сенсей! Я ее назову Мега-Расенган Удзумаки Наруто! Офигеть, даттебайо!

– Не так быстро. Четвертый Хокагэ пытался совместить Расенган с природой Ветра в течение нескольких месяцев и успеха не достиг. Сначала тебе нужно научиться чувствовать природу Ветра. Этот листок ты разрезал так быстро, потому что бумага имеет специальный состав, с обычным листом, скажем, вот этим, – копирующий поднял с земли небольшой листик и положил его на ладонь Наруто, – будет не так просто. Сегодня твоей задачей будет разрезать этот лист с помощью чакры. Но делать ты это будешь не один, а используя возможно большое количество клонов. Я понятно объясняю?

– Чего тут непонятного? Сотней клонов разрезать один маленький листик. Это мне раз плюнуть! – Наруто недоуменно уставился на сенсея.

Какаши вздохнул.

– Нет, каждому по листу. Один клон – один листок. Разрешаю тебе разорить вон то дерево.

Наруто молниеносно создал сотню клонов и, ободрав с указанного дерева все листья, принялся упорно пытаться разрезать их чакрой. Какаши обернулся к Макото и Харуке.

– Я так понимаю, эта лекция была вам совершенно ни к чему, – протянул он.

– Ну, в целом да, до второго этапа мы уже добрались, – отозвался джонин Тумана. – Но повторить никогда не помешает. Правда, столько клонов Макото не осилит… Но чем черт не шутит, можно и попробовать. Давай-давай, – Харука подтолкнул расстроено выдохнувшую ученицу к лужайке, где сотня блондинов в оранжевых комбинезонах, стоя в позе Майто Гая перед прыжком, пытались разрезать пресловутые листья. – Вода не так сложно, как ветер. Не ной, девчонки не плачут.

– Отличненько. Все заняты. На этом моя учительская роль, пожалуй, закончена, – Какаши, довольный результатом, пристроился в тени ближайшего дерева с книгой, получив от Джирайи одобряющий смешок.