– Мы думали, что с тобой, - подошедший к компании героев Орсон, несмотря на ночь, проведенную у постели больной супруги, был заляпан чужой кровью. Внезапно лорд узнал обладателя зеленого флага, демонстрирующего сломанное колесо. – Боже, нет. Я знаю, кому принадлежит это знамя.

Мужчина средних лет, обросший длинной темно-каштановой, с проседью, бородой, и изящными бакенбардами, двигался плавно, не нарушая композиции. Обойдя каждый труп, он остановился возле копошившегося в грязи мужчины, тянущегося к оружию. Аккуратно, не торопясь, незнакомец извлек небольшой меч из ножен и неторопливо вогнал в спину подонка. Все это происходило с таким поразительным безразличием на лице мучителя, что все сторонние наблюдали невольно вздрогнули. Но сам палач, и это было самым страшным в его облике, не внушал совершенно никакого трепета. На первый взгляд – обычный человек в потертом кафтане грубого покроя и плащом, немного порванным в разных местах.

Коричневые глаза изучали всех собравшихся, акцентируя особое внимание на самом монархе. Вскинув темные брови, таинственный союзник остановился в шести шагах от предполагаемого лидера – он не был знаком с ним лично, в следствии чего желал исправить столь досадную оплошность. За ним по пятам шествовал великолепный породистый жеребец игреневой масти. Неловкое молчание, нарушаемое стонами тех или иных смертников, повисло в воздухе. Тем не менее, любезный рыцарь поспешно сорвал всевозможные бравады одним элегантным поклоном.

– День добрый, - тряхнув копной волос, кавалер достал белый платок и принялся тут же вычищать им лезвие испачканного клинка. Закончив полирование стали, он взял орудие в другую руку, опустил в промокшую землю и оперся на черенок в качестве трости. Ярко выраженный акцент уроженца Восточного региона соединял в себе еще и привычное для дорнийцев ударение на согласных. – Мое имя Кристофер Уэйнвуд. А это мой конь Фриц. Рад познакомиться. Прошу прощения, что не появлялся ранее. Мне просто хотелось побеседовать с королем, а не подчиненными.

– Кто это, черт возьми, такой? – огрызнулся недоверчивый Колемон, разглядывая не просто очередного солдафона с сомнительными амбициями, а серьезного спасителя и командира огромного войска. – Знакомые черты. Где же я мог его раньше видеть?

– На моем семейном портрете, - несвойственно тихим тоном пробурчал Орсон, сводя зубы от разливающегося по венам гнева. Последний раз они виделись несколько лет назад, не при самых лучших обстоятельствах. – Он мой шурин. Младший брат леди Бри.

– Я не знал, что у нее есть брат, - скептически настроенный Клаус не хотел расточать бессмысленные комплименты, ведущие к бездумной трате времени. Церемониться с неизвестными, пусть и соратниками, не входило в первоначальные замыслы.

– Разумеется, не знали, Ваша милость, - без тени насмешки произнес новоявленный родственник легендарного бойца. Поправив разросшиеся усы, лорд Колеса размялся, а затем продолжил: - Большую часть своей жизни я прожил в замечательном городе Астапоре, что по ту сторону Рубинового моря. Я не принимал участие в трехлетней войне, как вы ее называете. Я не являюсь ветераном и во время всего этого побоища находился за пределами страны. Вы не представляете, сколько интересных вещей я там повидал. Работорговцев, евнухов, даже колдунов.

– А лично ты к какой категории людей относился? – едко осведомился Темплтон, не простивший родичу старых ошибок. Формально он и являлся главной причиной, по которой двое любящих супругов решили жить отдельно друг от друга около четверти века. – Неужели первой? Я бы не удивился.

– О, нет, мой милый друг, - вежливо парировал Кристофер, не снисходя до грубости и оскорблений. Таков характер педантичного во всем убийцы, вытирающего клинок о тряпки. – Работорговцы зарабатывают на жизнь тем, что продают живых людей. А я был охотником за головами. То бишь, продавал мертвых. Город назначает премию за голову человека. Я его выслеживаю, где бы он ни был, и, конечно, убиваю. После того, как я его убиваю, я доставлю его бренное тело властям. Впрочем, иногда это легче сказать, чем сделать. Я показываю труп властям, как доказательство, что я его убил, и убедившись в этом, власти выплачивают мне деньги.

– Подождите минуточку, - вмешался Малакай, увлеченный рассказом обаятельного зверобоя, расставляющего силки на отъявленных мерзавцев. – Вы убиваете, и вам за это платят?

– Ну, за определенных людей, естественно, - разведя руками, Уэйнвуд облизнулся, не переставая демонстрировать неотразимую улыбку.

– Плохих людей, полагаю? – не унимался Аррен, уже поймавший на себе осуждающие взгляды друзей. Так или иначе, но интерес юнца подогревала старая мечта детства.

– О, чем они хуже – тем больше награда! – закивав, рыцарь поправил конскую уздечку, в ожидании новых вопросов. Присмотревшись, известный за морем мучитель громко причмокнул, – А ты бы подошел для такого ремесла. В тебе ощущается та же любовь к приключением, что когда-то захватила меня. Эх, скинуть бы мне двадцать или хотя бы пятнадцать лет. Все вы – сумасшедшие ублюдки. Сегодня, буквально на моих глаза, свершилась легенда, - с этими словами он сделал два шага вперед, чтобы проникнуть в чертоги разума молодого государя и узнать, достоин ли он именовать себя лидером. – Баратеоны, Ланнистеры, Старки, Талли и Аррены. Вас разделили на два лагеря. Волк желал разорвать глотку льву, сокол – вцепиться когтями в поганую форель. Но вы побороли многовековое разногласие предков. И это меня покорило. Я решил собрать небольшой отряд из пятисот преданных мне бойцов. Один, правда, не хотел принимать участие в походе, даже попытался мне угрожать. Жаль, что мне так быстро пришлось убить его, но я не хотел, чтобы он поступил опрометчиво до того, как начнет соображать. Как бы там ни было, я хочу вступить в ваш альянс. И сделать предложение, от которого нельзя отказаться. С таким мощным воинством можно не только деревушки освобождать. Что бы вы сказали, если бы мы, скажем, отправились на захват Волчьего Логова?

– Я скажу вам, - протянул Клаус не самым дружелюбным тоном, сохраняя холодность в обращении с новым сторонником. Подойдя ближе, венценосец моментально убрал маску серьезности, уступая искреннему благодушию. Схватив протянутую руку, Лев крепко пожал ее, в знак согласия с таким заманчивым предложением. – Что мы с вами найдем общий язык.

========== Спокойная смерть ==========

Fall Out Boy - Centuries

Сегодняшний день станет решающим в истории всего Беленора. Речная мель, ранее принадлежащая великому дому Талли, пала благодаря стараниям Лжепророка и его безвольных псов. На протяжении нескольких месяцев крепость страдала от амбиций гнусных мерзавцев, решивших поживиться лаврами недосягаемой победы. Пусть им воздастся в троекратном размере за все истязания невинных. Каменное строение не первый раз переживало такое к себе отношение. Двадцать лет назад оно было почти на грани жизни и смерти. Примечательным остается тот факт, что именно Старки хотели сравнять ее с землей.