– Все плохо. Мой финал близок, - прошептал мертвец, теряющий связь с реальностью и погружающийся в несуществующий мир. – Я ненавижу ожидание. Но сейчас у меня нет выбора. – ощутив на горящем лбу слабый поцелуй, боец усмехнулся. Его улыбка сглаживала все изъяны во внешности. – Спасибо за то, о чем ты и не догадываешься.

Враиль, севший на камень, издал несвойственный для ворона звук, больше похожий на плач. Все действительно закончилось. Они зачистили леса, не оставив в живых ни одного выродка. Речные Земли, находившиеся под гнетом агрессоров меньше шести месяцев, освобождены. Война на территории Центрального региона окончена. Жаль, что за это пришлось уплатить слишком большую цену. Даниэль, изучавший картину с высоты скрытого листвой нагорья, не мог поверить в увиденное. Высокородный и высокомерный юнец, отпрыск детоубийцы, прижимал к себе тело павшего воина. Да, такое возможно. Всю свою жизнь Отшельник ненавидел Ланнистеров, разрушивших его замок и убивших его семью. Но все кардинально изменилось. А та девушка очень сильно напоминала ему мать. Такие же белокурые волосы. Что же, прискорбно.

Разрушение

Она не плакала, когда ей сообщили о случившемся. Не плакала, когда увидела труп с дырой в области небьющегося сердца. И сдержалась, когда Мейсон выстрелил в челн с телом легендарного солдата. Огонь моментально поглотил деревянный гроб. Флаг с девятью звездами, прикрывающий бледное лицо, воспламенился. Мы освещаем им путь – таков девиз дома Темплтонов, преданно исполняющих долг. Клаус простился с наставником, напоследок прикрепив ему на грудь символ десницы – значок в виде левой руки, сжимавший меж пальцами лезвие. Какая ирония. Именно на этом месте, двадцать лет назад, неподражаемый Звезда Востока громил сторонников Драконов. А теперь эта река стала отправной точкой в пучины Ада, где Люцифер ждет встречи с достойным противником.

Эндрю, убитый горем сын, стоически терпел муки, исказившие юношеский лик. Ему с трудом удавалось сдерживать рвущиеся наружу эмоции. Унаследовав спокойный и сдержанный характер матери, он не собирался опрометью бросаться по следам дяди, рискуя потерять все. Провожая затуманенным взором уплывающую лодку, он тяжко вздохнул, после чего извлек подаренную шпагу. Змеиное тело, ползущее по изящной крестовине, напоминало о своем первоначальном владельце. Образ Уэйнвуда возник в полупрозрачной водной глади. Улыбающийся изменник запустил пальцы в бороду, слегка оттягивая спутавшийся покров. Сжав челюсти, новый лорд Звездочета одним мощным рывком зашвырнул ненавистный подарок в середину потока.

Кеншин, наблюдавший за впечатляющим падением реликвии, безучастно фыркнул. Узнав о гибели родного брата, он отказался от южной церемонии сжигания, отдавая предпочтения хладнокровному закапыванию в землю. Отказавшись от помощи слуг, он взял лопату и выкопал некое подобие могилы на вершине освещенного солнцем холма. Этьен любил красоваться. Покончив с обрядом погребения, он подошел к Бри и предложил любую поддержку. Но та отказалась, при этом не переставая следить за исчезающей вдали надеждой. Они прожили вместе четверть столетия. Расставания и ссоры, примирения и ласки.

– Когда чувства начинают меня переполнять, я представляю себе пустую коробку, и убираю все эти чувства туда – в эту коробку, а потом представляю, что убрала ее в большую пустую комнату, - рыжие волосы, тронутые сединой, развивались на ветру. – И закрываю дверь. Позднее, если есть время, я прихожу туда, открываю коробку и разбираюсь с этим в одиночестве. Как леди.

В тот же вечер король призвал пятерых оставшихся верховных лордов разваленного Беленора в отдаленную башенку, где обычно проходили тайные совещания. Бытуют мнения, что здесь раньше находились покои одного из Таргариеновских правителей, предназначенных для коротких встреч с немалочисленными любовницами. Забавно. Но сегодня за круглым столом, занимающим большую часть маленького помещения, собрался цвет нации, будущее развалившейся страны. Положив корону на покрытие, Клаус жестом пригласил собравшихся сесть. Им предстояло обсудить множество дел, касающихся произошедшей трагедии. Немногие еще оправились от полученных ран и перенесенного шока.

Внесенные предложения рассматривались, оспаривались и отвергались с быстротой молнии. Не задерживаясь подолгу на незначительных вопросах, молодой совет сразу переходил к более важным вещам. Клаус настаивал на разделении. Назначить новых командиров, разбить армию на отряде и отправить в разные точки света. Например, Мартелл попытается наладить контакты с Дорном и завербовать союзников.

Старые друзья наверняка откликнуться на просьбу законного сюзерена. Кай присоединится к нему, чтобы не сидеть в стороне. Хойт и Стефан попытаются отвоевать Простор, не щадя переметнувшихся родственников. Кол совершит путешествие на Запад, откуда не приходило никаких известий со времен побега из столицы. А Вильгельм вернется на родину и предъявит неоспоримые права наследника Штормовых Земель.

– Я все не осмеливался поговорить с тобой об этом, - тут Ланнистер передал письмо с висельником на сургуче. Дивный герб. И такой знакомый. – Тебе знаком человек под именем Гектор Трант? – воин заметно побледнел и инстинктивно сжал кулаки. Имя. Где же он слышал его? Отрицательно покачав головой, Олень углубился в закрома памяти. – Не имеет значения. Он управляет Оленьим Рогами и предлагает союз. Либо ему неизвестно, что я не заключаю сделок с наместниками, либо это ловушка. Чтобы выяснить, я поеду с тобой. – задумавшись на секунду, Пастух окинул взглядом двоих братьев, сидящих по правую руку, а затем дотронулся до кровавого венца. – Знаете, в чем суть? Мой отец носил корону из черного железа, украшенную гербами тех домов, которые помогли ему свергнуть династию Драконов. Цветы, кракены и рыбы. Какой в этом смысл? Нам не чужды разногласия на поле боя, но мы также умеем забывать о прошлом и делать все возможное, дабы выиграть войну. Наша еще не выиграна. И я нуждаюсь в вашей помощи, чтобы защитить самое главное в моей жизни. Поэтому на моей короне все гербы. – с этими словами государь поднялся с места, вытаскивая фамильный клинок. – Сегодня. Сейчас. Я провозглашаю не эпоху Львов как когда-то это сделал Разрушитель. Нет. Эра процветания и мирового баланса настанет. И наши общие усилия будут положены на достижение этой цели. Наш Альянс!

– Я не сражался рядом с тобой в твоих битвах. – Нолан, крепко схватившись за копье, встал со стула. – Боле того, я поклялся убить тебя при личной встречи. И буду жалеть об этом до самой смерти. Мужчина может лишь признать, что был не права и молить о прощении. Грядет еще много боев. А дом Мартеллов, каким бы мертвым он ни был, будет биться вместе с домом Ланнистеров. И я буду биться за Клауса. За наш Альянс! – пригрозив орудием невидимому противнику, южанин положил его на стол. Боевой молот с грохотом опустился на деревянную поверхность, в то время как сам кавалер принялся выкрикивать фразу, впоследствии ставшую знаменитой.