— Ну, в какой стороне ваш дом?

Микол махнул рукой совсем в другую сторону:

— Вон там!

А Микта поглядел, поглядел вокруг и честно признался:

— Не знаю…

— Кр-р!.. То-то мне и нужно! — прокричал Ворон и улетел. Остались братья одни. Начало темнеть. Что делать? Придется на ночлег в лесу устраиваться…

Наломали они веток, накрыли их курткой Микты — устроили себе постель под старой развесистой елью. Легли, накрылись курткой Микола, а спать — не спится.

Лежат, лежат, заснуть никак не могут. Что ни говори, все-таки страшно ночью в лесу!..

Микол спрашивает:

— Микта, а вдруг волки придут, что будем делать?

— На елку залезем, — отвечает Микта.

Они уже засыпать стали, вдруг слышат какой-то вой: «У-у-у!.. У-y-y!..»

Микол вскочил на ноги и брата за руку тянет:

— Давай скорее на елку залезем! Это волки!

Микта тоже вскочил, прислушался.

А по лесу снова:

«У-у-у!.. У-у-у!..»

— Вон, вон глаза! Так и светятся! Видишь? — дрожа от страха, спрашивает Микол.

Пригляделся Микта, видит, горят в темноте зеленоватые огоньки — и впрямь волчьи глаза! Два поближе, два подальше, а там еще и еще!

«Да их тут целая стая!» — подумал Микта, и по спине у него от страха мурашки поползли. Но вслух он сказал:

— Не бойся, Микол! Сейчас я их разгоню!

Нащупал он под ногами толстую сучковатую палку, поднял ее и смело шагнул вперед. Подошел к двум ближним огонькам, размахнулся и стукнул что было силы. Угодил бы волку в лоб — тут бы серому и конец!

Но перед ним был не волк, а трухлявый пень. Микта его своей палкой на куски разбил.

Подобрал он с земли несколько светящихся гнилушек и вернулся к брату.

— Вот погляди, что там светится! Нету здесь никаких волков.

— А кто же выл так страшно?

— Сова, вот кто! Давай спать.

Легли братья под елку, обнялись покрепче и скоро уснули…

Спят они и знать не знают, что совсем неподалеку от них пережидают ночь беглые овцы.

Поначалу, покуда солнышко светило, беглянки радовались, что так ловко провели своего пастуха и теперь гуляют, где вздумается, травку нетоптаную пощипывают, чистым лесным воздухом дышат.

Но вот наступил вечер.

— Где же мы будем спать? — спрашивает Черная.

— Эх, жалко, нет тут овчарни! — вздыхает Серая.

— Нашли о чем тужить! — отвечает им Привередница. — Нам теперь что ни куст — то и дом!

Скоро в лесу стало совсем темно.

Забрались овцы под густой куст.

Вдруг где-то неподалеку послышалось: «У-у-у!.. У-у-у!..»

Испугались овцы, прижались друг к другу.

А по лесу снова: «У-у-у!.. У-у-у!..»

Серая говорит:

— Это волки!

Черная добавляет:

— Вон и глаза их зеленые в темноте светятся!

Привередница на них зашикала:

— Ш-ш-ш! Тиш-ше… Давайте притаимся, тогда они нас, может, и не учуют. Нам бы только эту ночь пережить, а утром мы в другое место переберемся.

Тут Серая заплакала:

— В какое другое? В лесу везде волки! И зачем я тебя послушалась? Сейчас спала бы спокойно в овчарне… Пропадем мы тут!..

— Пропадем, — заплакала и Черная. — Это ты нас загубила!

Привередница слушает да помалкивает. Да и что тут скажешь, когда виновата!

Всю ночь простояли овцы под кустом, дрожа от страха и не чая дождаться утра.

Когда же наступило утро, Привередница сказала:

— Ну, погуляли — и будет! Пора возвращаться в стадо!..

— Идем скорее! — торопит Серая.

— А в какую сторону идти? — спрашивает Черная.

Привередница поглядела туда-сюда, подумала и решила:

— Пойдем наугад! Авось куда-нибудь да выйдем!

И они стали продираться сквозь чащу.

… С рассветом прилетел на поляну Ворон, сел на верхушку елки, под которой спали братья, каркнул во все горло:

— Кр-р!..

Мальчики проснулись, огляделись кругом. Куда ни посмотришь, всюду дремучий лес стеной стоит. Куда идти?

А тут еще Ворон дразнить их принялся: хлопает крыльями и кричит на весь лес:

— Э-э, заблудились! Заблудились! Так вам и надо! Говорил: заблудитесь, по-моему и вышло!

На его крик сбежались зайцы и белки, прилетели разные лесные птицы.

— Гы-гы-гы! — засмеялась Сова, хлопая своими круглыми глазищами. — Как я их ночью напугала! У-у-у!..

— Гы-гы-гы! — засмеялся и Ворон. — Не послушались меня — вот и заблудились. Нипочем им отсюда не выбраться!