Значит, и мне за ним надо смотреть в оба.

– Знакомьтесь с людьми, - обратился я к офицерам.
– Большая часть солдат полка - вчерашние рекруты, их еще учить и учить. Это, конечно, работа унтеров и бывалых драгун, но и вы следите, чтобы они не допускали злоупотреблений.

– А что, они имеют место в полку?
– тут же поинтересовался фон Ланцберг, вроде бы с самым невинным видом.

– Вот это вам и предстоит выяснить, - ответил я, столь же нейтрально, - и если факты будут иметь место - мгновенно пресечь.

– Слушаюсь, - кивнул фон Ланцберг.

Отпустив новых командиров, я снова засел за бумажную работу. Вызвал майора Дрезнера с отчетом. Тот принес кипу бланков, над которыми мы просидели до позднего вечера. Доклад о состоянии дел в полку за время моего отсутствия занял меньше всего времени. "Происшествий не было. Пополнение прибыло в полном составе. Больных нет. Раненых нет". В общем, все нормально. Военная машина работает на холостом ходу. А вот с бумажками вышло намного сложнее.

Мы проглядывали исполненные требования, в которых зампотылу кое-где, действительно, проставил нолики, увеличив количество нужных нам патронов или снарядов или батарей к лучевым карабинам на порядок, а то и на несколько. Вот только далеко не все требования были выполнены и почти все - только в части. Пришлось писать рапорты, очень много рапортов, в которых обосновывать требования, выбирая выражения, однако всемерно подчеркивая, что все указанное в требованиях полку просто жизненно необходимо.

– Да уж, - протянул я, откладывая ручку.
– Я столько не писал, наверное, со времен военного училища.

Я потер уставшую ладонь и натертые пальцы.

– Надо было кого-нибудь из канцелярии посадить, - добавил я, - а самому только подписать рапорты.

– Полковник фон Зелле именно так и делал, - заметил Дрезнер, как ни в чем не бывало.
– Тем более, что формулировки у ребят из канцелярии получаются получше. Главное, правильно поставить им задачу.

Я поглядел на него, но спрашивать ничего не стал. Как говорится, на собственном опыте всегда лучше учиться.

Солнце уже скрылось за горизонтом, когда Дрезнер сложил все рапорты в папку и вышел из моего кабинета. Я понял, что едва ли с утра ничего не ел, желудок подавал недвусмысленные сигналы по этому поводу.

Ужин, конечно, давно прошел, но, думаю, уж полковника-то в офицерской столовой накормят. Оставалось надеяться, что там будет открыто. Персонал столовой уже собирался уходить, мыли полы, протирали столы. На меня покосились неодобрительно, но и отказывать не стали.

– Давайте так решим, - сказал мне повар.
– Я подогрею вам ужин и отнесу прямо в комнату.

– Хорошо, - кивнул я, и отправился обратно к себе.

По дороге меня перехватил курьер из штаба Вюртембергской инспекции. С запечатанным по старинке пятью сургучными печатями, на которых угадывались имперские орлы, пакетом. Передав его мне, курьер протянул мне папку, где я расписался напротив своей фамилии и написал "вручено лично в руки". Отдав честь, курьер умчался, звонко стуча каблуками.

Интересно, они вообще шагом перемещаться умеют или только бегом?

Так как пакет был не срочный, я решил вскрыть его после ужина. Повар принес мне еду достаточно быстро, и я накинулся на нее, словно зверь. Есть хотелось ужасно. Вроде бы ничего такого не делал, мешки не грузил, марш-бросков с полной выкладкой не делал, всю энергию растратил на бумажки. Они, оказывается, тянут ее ничуть не меньше.

Я оставил поднос с пустыми тарелками и чашками на углу стола и вскрыл пакет. Внутри оказался приказ, написанный на гербовой бумаге и печатью командующего Вюртембергской инспекцией генерала-фельдмаршала Флегеля. Согласно его наш полк должен был в течение трех дней подготовиться к посадке на космические корабли 8-го флота. Куда нам предстояло отправиться, в приказе написано не было.

Недолгий нам предоставили отдых. Корабли 8-го флота должны были стартовать ровно через трое суток. Ждать нас никто не будет.

На следующее утро я снова собрал офицеров полка, на этот раз, включая зампотылу и начальника связи.

– Прошлым вечером, - сообщил я им, - нам поступил приказ из штаба инспекции. В течение трех суток надо подготовить полк к посадки на корабли Восьмого флота. Оговорюсь сразу, куда именно нас отправят, в приказе написано не было.

– Значит, снова война, - кивнул майор Штайнметц.
– Не дали нам погонять новобранцев в мирных условиях.

– Придется проверять их в деле, - произнес я.
– Война пусть и жестокий, но самый лучший учитель. Сколько из тех средств, - обратился я к Дрезнеру, - которые мы вчера требовали новыми рапортами, вы сможете выбить для полка за эти трое суток?

– Половину в лучшем случае, - пожал плечами тот.
– При самом лучшем раскладе, две трети.

– Воюйте, как хотите, майор, - пристально поглядел я ему в глаза, - но, как минимум, три четверти мне добудь. Обратись к самым грамотным парням в канцелярии полка, пусть постараются, как следует. Подпишу любые их рапорты.

– Есть, - вяло козырнул зампотылу, понимая возложенную на него задачу.

– Господа командиры рот, - продолжал я, - у вас трое суток на ознакомление с личным составом и лейтенантами. Постарайтесь потратить их в толком, надеюсь, все вы сможете быстро влиться в наш полк. Вопросы есть?